Девочка для Черного (СИ)

У папы все было оформлено по правилам, но это не помогло. Колесников использовал криминальные связи. Некоторые документы пропали, некоторые подправили так, как было выгодно Эдуарду.

Моя семья потеряла практически все. У нас остался единственный магазин, который был сразу зарегистрирован на мою маму.

Но Колесников мечтал и это отобрать. Он так сильно изменился. Я просто не узнавала всегда улыбающегося дядю Эдика, который приходил к нам в гости на каждый праздник.

— Ты должен мне, Александр! — кричал он и его лицо буквально было перекошено от ярости. — Должен! Ты столько лет меня обманывал.

Обкрадывал. Ты за все заплатишь.

Эти его заявления полный бред. Ничего мой отец не украл у него. И от той рискованной затеи как мог пытался отговорить.

Я наделась наш главный и единственный магазин мы сможем сохранить. А дальше родители все постепенно вернут, восстановят. Я не сомневалась.

Но меня пугала ненависть и агрессия, которая исходила от Колесникова. Эдуард изменился до неузнаваемости.

Конечно, с учетом всех этих событий мне совсем не хотелось волновать родителей. Только истории про мою практику в тюрьме им сейчас не хватает.

Я шумно выдохнула и качнула головой.

Все позади. Надеюсь, Жданов больше не придёт. Мне совсем не нужны его извинения и оправдания.

16

— Я постараюсь успеть, — говорю маме, пока она собирается в коридоре. — На экзамен отводится два часа. Но если я отвечу быстрее, то смогу уйти пораньше.

Автобусная остановка рядом с универом. Там минут пять пройти. Мысленно я уже все несколько раз прикинула в уме. Понимаю, что должна успеть. Сегодня важный день, и я хочу поддержать родителей.

— Тая, не надо тебе никуда ехать, — отмахивается.

 — После экзамена возвращайся домой. Мы все сами потом расскажем. Ты про учебу думай, а не про наши суды.

— Согласен, — бросает отец, проходя мимо нас в коридоре. — Будут новые заседания. После тех документов, которые мне удалось найти, наше дело примет совсем другой оборот. А вообще, нечего тебе на эти суды ходить.

— Ну как это, пап? — невольно хмурюсь я.

— Вот так, — отрезает он. — Ты лучше учебой занимайся. Кто нас потом лечить будет на старости лет?

— Ой, скажешь тоже, — качаю головой и улыбаюсь.

 — Вам до старости еще далеко.

— Ты хоть к экзамену готовишься?

— Саш, что ты такое спрашиваешь? — возмущается мама. — Тая ночами над этими книжками сидит. Ты посмотри на нее. Она столько времени недосыпает. У нее уже синяки под глазами. Все, доча, сдашь последний экзамен — и пора менять график.

— Да знаю я, Тая этот экзамен сдать не проблема, — усмехается папа и его ладонь опускается на мое плечо. — Все будет хорошо. Ты про нас не волнуйся. Твое дело — учиться. А про суд и все остальное я сам позабочусь.