Девочка. Книга третья

Макс был великолепен — он, как шахматист, высчитал правильный подход к этим людям, которые бросали на него завистливые взгляды, считая его выскочкой-янки, который непостижимым для них образом, всего за два года, сумел войти в доверие и занять место партнера в ""GF"".

— Я бы хотел поблагодарить свою команду, которая работала одним сплоченным организмом и руководство, которое поверило и поддержало наши смелые, на первый взгляд рисковые идеи.

Макс говорил легко и с улыбкой на лице. Он не был занудным, но и не стал клоуном. В его речи чувствовалась серьезность, и в то же время непринужденность, благодарность мэтрам, но и отстаивание своих позиций. Это был совершенный баланс, как сказал бы он сам — идеальный алгоритм.

— Все, что достигнуто компанией и новым направлением, которое я возглавляю, — между тем продолжал он, — было бы невозможно без сплоченности команды и доверия руководства, которое видит новые горизонты и перспективное будущее.

В зале послышались аплодисменты, Макс поблагодарил за внимание, блеснув одной из своих доброжелательных улыбок, и я видела, насколько он завладел этой толпой, несмотря на подводные камни в виде зависти и непонимания. Он по праву был Лидером — его слушали, его слышали, за ним хотели идти.

Как только Макс сошел с трибуны и подошел ко мне, я шепнула ему на ухо:

— Как сказала в свое время Джулия Ламберт в ""Театре"": ""Чем больше артист, тем больше у него пауза"".

— Тебе понравилось? — улыбнулся он.

— Ты был убедителен. Ты покорил всю эту толпу.

— Я старался, — усмехнулся Макс, а к нам уже подходил Милтон, как я поняла, с женой — стройной ухоженной блондинкой лет пятидесяти.

— Максвелл, познакомь нас со своей спутницей, — с легким оттенком снисходительности в голосе произнес он.

Как только я была представлена сэру Джеральду Роберту Милтону и Леди Шарлотте Мэриам Милтон, последняя спросила:

— Как вы находите Лондон?

В отличие от своего мужа, она мило мне улыбалась, ее голос звучал приветливо, но я позвоночником чувствовала, как чета Милтонов меня оценивала — начиная от платья и заканчивая осанкой.

— Лондон не может оставить равнодушным никого, — честно призналась я. — Я покорена этим городом.

— Где вы уже побывали? — склонила она голову.

— Я старалась пройти все туристические маршруты, но Лондон настолько велик и богат историей, что сделать это за неделю практически невозможно.

— Макс говорил, вы живете в ""Савой""? — продолжала Шарлотта.

— Да, и иногда, рассматривая Темзу, ощущаю себя Моне в эмиграции. Именно там он писал свой знаменитый ""Мост Ватерлоо"". Правда, живу я не в его люксе.

Шарлотта довольно блеснула глазами, и я поняла, что она проверяла, знаю ли я такие общеизвестные факты.