Девочка Мажора

Волосы на затылке приподнялись от ужаса.

Ободок из белого золота, весь усыпанный бриллиантовыми камешками, – вот что блестело в ярком солнечном свете.

Неверяще, трясущимися пальцами, прикоснулась к металлу так, словно кольцо могло испариться от моего прикосновения. И, видит Бог, именно этого я и хотела. Но колечко исчезать не хотело.

Уже не стесняясь наших обнаженных тел, потому что мой мозг занимала лишь одна мысль – убедиться, что это просто подарок, очередная шутка, – схватила правую руку Кирилла, которую он засунул под подушку, и замерла в надежде ничего там не увидеть.

Но и тут меня постигло фиаско. Жесткое. Болезненное. На безымянном пальце брюнета красовалась мужская версия моего кольца.

– Не-е-ет! – взвыла в голос. Меня накрыла истерика. – Кирилл! Кирилл! – начала тормошить парня. – Проснись! У нас проблемы! Серьезные проблемы! И их будет ещё больше, если ты прямо сейчас не откроешь свои отекшие глаза!

– Что? – заплетающимся языком, явно не понимая, что происходит, пробормотал Грозовский-младший. – Что происходит? Алина? – мой обнаженный вид быстро разбудил парня и привёл в более-менее сносное состояние. – Почему ты… Мы… Мы переспали?

Ужасаясь тому, что Кирилл тоже ничего не помнит, провыла, хватаясь за голову:

– Хуже! Мы… женаты!

Глава 1: (Не)приятное знакомство

– Что?! Нет! Папа, нет!

Я стояла посреди отцовского кабинета и не могла поверить своим ушам. Папуля, мой родной и любимый, который души не чаял в своей единственной дочери, сейчас был грозным и непреклонным.

– Я всё тебе сказал, – твёрдо чеканил мужчина. – Он хороший парень, и ты привыкнешь. Наша семья на грани банкротства. И лишь объединив фирму с компанией Грозовского, мы сможем остаться на плаву.

– Папа… – вырвался жалобный всхлип, как в детстве. Губы дрожали от охвативших меня эмоций.

На мгновение что-то промелькнуло в глазах Валерия Викторовича, но оно быстро было потушено банкротством, которое сейчас перевешивало счастье дочери.

– Алина, это временно. Элеонора сказала, что ваш брак с Кириллом будет лучшим гарантом нашей договоренности, нежели остальные бумажки. Потом ты можешь развестись с ним спустя пять лет, когда контракт потеряет свой вес.

Повисла гнетущая тишина. Все, что я слышала – это бешенный стук своего сердца."

"Меня продали. Продали за бизнес. Собственные родители! Что может быть ужаснее и отвратительнее?

Мама вон даже не явилась на разговор. Предпочла трусливо спрятаться в своем СПА-салоне.

– Дочь, пойми…

Папа приблизился, протянул руку, чтобы коснуться плеча, но я отшатнулась от него, как от прокаженного. Хотелось сбежать. Но я подавила в себе это чувство.

Уже давно не ребенок, чтобы прятаться в своей комнате под одеялом от всех обид и невзгод.

– Хорошо. Как скажешь, отец.