Девушка без сердца

Он учил и меня видеть и понимать, только вот именно в этом деле я и не видела, и не понимала."

"Гордон взял со стола свой планшет, открыл на нем фотографии из квартиры ректора, показал нам по очереди. Я тоже всмотрелась: да, что-то есть. Положение тела странное. Вряд ли Таллия так сидела, когда ее начинали душить, и вряд ли задушить ее бы вышло…

Последнюю догадку я даже озвучила.

— Да, — многозначительно кивнул Гордон. — Нашего ректора, как водится, обмерили полностью, как только он к нам попал. Руки, ноги, пальцы, все остальное… Я ввел данные в программу и выяснил достоверно, что при его росте, с его длиной рук, при такой высоте сиденья кресла и таком положении ее тела он бы не смог задушить жену. Или вывихнул бы себе запястья. Душил он ее определенно стоя.

Гордон пролистал фотографии еще, продемонстрировал нам четкие отпечатки на шее Таллии, потом — довольно правдоподобное изображение двух тел: убийцы и жертвы, смоделированное программой на основании проведенной антропометрии. И затем — крупно дал компьютерную модель процесса удушения в динамике. Ректор был выше своей жены, и руки его были сильно согнуты в локтях, предплечья прижаты к телу, только в таком положении он мог пережать Таллии одновременно трахею и сонную артерию и держать ее так примерно минуты три. Сознание она потеряла быстро, но еще какое-то время потребовалось для того, чтобы она уже не очнулась.

— Здесь я учел все. Рост, длину конечностей, положение рук и соответствие следов, силу давления. Даже обувь, в которой она была, но если что, господа сыщики, и адвокат заметит, что Таллию могли переодеть… Это уже не в моей компетенции, отбиваться будете тем, что имеется. Пока здесь придраться не к чему. Что касается ампутации, — продолжал Гордон. — Тут сложно сказать наверняка, тем более я даже еще не уверен, проводил ли наш ректор эту операцию сам. Сомневаюсь, если хотите знать мое мнение. Больше скажу — вам придется побегать, чтобы доказать, что он мог ее провести.

— Сколько трупов он должен был изувечить, чтобы научиться такому? — спросил Руперт. — Явно не один и не два.

— Десятки! — тоном, не допускающим возражений, объявил Гордон. — Сью не даст соврать, хирурги учатся этому годами и то у многих кривые руки. Ну, у нас на каждом медицинском факультете есть муляжи, хотя и их за тридцать «операций» приводят в негодность…

— Я отмечу себе — узнать, мог ли ректор заказать себе где-нибудь подобный муляж, — кивнул Руперт. — Если так, то он долго готовился и умысел налицо. У нас эти муляжи производят? — и он посмотрел на меня.

— Кажется, только для полостной хирургии и стоматологии, — припомнила я. — Но это было давно, все могло измениться. Так что лучше проверить. И если он заказал муляж из-за границы, то в Королевской Таможне должны остаться данные.