Девушка из нежной стали

Они убедятся, что вы скрываетесь и боитесь кому-либо рассказывать о своих подозрениях. Ни родные, ни Егор, ни друзья не знают, где вы и почему прячетесь. Им это только на руку.

– И станут нас искать еще усерднее.

– Да, – согласился Денис, – но теперь, если вас найдут, вы со Степкой из цеха по пересадке уже не выйдете. Оба.

– Значит, надо, чтобы они нас не нашли, – не испугалась Вика.

– Не найдут! – сказал Егор.

«Симпатичным местом», где уже почти четыре часа сидел Вениамин Андреевич, прикованный к батарее, оказалась обшарпанная комната в доме, предназначенном под снос. Комната была совершенно пустой, за исключением четырех стульев, специально принесенных ребятами Дениса, охранявшими доктора.

С него сняли наручники и посадили на стул. Вика поставила второй стул напротив него, села и поздоровалась.

– Добрый вечер, Вениамин Андреевич.

– До-добрый, – ответил он, заикаясь и позеленев от ужаса.

– Говорят, вы навестили моих родных. Зачем? – нежненько спросила Вика."

"Он сглотнул, затравленно посмотрел на Дениса с Егором, перевел взгляд на Вику и постарался взять себя в руки. У него почти получилось, он, немного приосанившись, даже попытался отчитать ее.

– Виктория Борисовна, зачем вы ушли из больницы? Мальчику срочно нужна операция!

– Стоп! – оборвал его Денис. – Начнем сначала. Вы разве не поняли, что находитесь здесь потому, что Виктория Борисовна знает, что ее сына хотели сделать донором? Сейчас вы подробненько расскажете: от кого вы получаете приказы, куда отвозите детей, как находят доноров? Ну, много чего расскажете бойко, весело и толково. Правда, Вениамин Андреевич?

– Но я ничего не знаю! – взвизгнул Вениамин Андреевич, и его пухленькие щечки покраснели.

– Ну как же не знаете, куда-то вы же отвозили детей, – мягко, почти любовно спросил Денис и, резко изменив тон, рявкнул: – Куда?

Щечки поменяли окрас с красного на землисто-серый.

– Но я действительно не знаю, – пискнул доктор. – Я должен был привезти, оформить и сопроводить материал из больницы!

– Что сопроводить? – наклонившись к нему, пугающе тихим голосом переспросила Вика.

– Ма-а-атериал, – переведя полный ужаса взгляд с Дениса на нее, проблеял Вениамин Андреевич.

– Ах ты, хорек жирный! – закричала Вика и одним быстрым движением, на которое не успели среагировать мужчины, кинулась к нему.

Она вцепилась Вениамину в горло, стул, на котором он сидел, перевернулся, и они упали на пол. Он визжал фальцетом, пытался оторвать ее руки от своего горла, бил толстыми ногами по полу, выворачивался. Несколько раз он почти скинул ее, но Вика, ничего не видя вокруг, сжимала сильнее и сильнее его горло, она встала одним коленом на пол, а вторым уперлась ему в живот, лишив свою жертву возможности вывернуться, действуя неосознанно.