Девушка для дракона
Всем известно, что драконы-оборотни – большие любители артефактов и женщин. Но не зря говорят в народе: бойтесь своих желаний! А то получите, как Арэт, артефакт и девушку в комплекте. А ведь ему на шею еще и изобретательница этих самых артефактов с кучей мертвых родственников свалилась. И конкурент из соплеменников на огонек пожаловал… Как тут между природной тягой к сокровищам и внезапно возникшей симпатией выбрать? С одной стороны, сбежавший «артефакт» весьма недурен… вернее, недурна собой, с другой – и изобретательница хороша. А еще умна и талантлива, что очень кстати. Вот и ломает голову бедолага: броситься в погоню за одной или остаться охранять вторую? Впрочем, истинный дракон всегда может совместить полезное с приятным!
Так где носит этого самого ректора?
Оглядевшись вокруг, Ирридия гордо прошествовала к креслу, притаившемуся в углу за кадкой с гладиолусами, и села. Первым делом она б выбросила именно его, затем кадку, а потом еще и дурацкий белый ковер с рыжей окантовкой. Но больше всего девушке не нравилось идиотское зеркало в золоченой раме, невесть зачем прицепленное над дверью. Эмпире было ужасно скучно, и мысленное переустройство кабинета ее неплохо развлекало.
Дверь тихонько скрипнула открываясь. Гостья тут же вся подобралась, готовясь к встрече с хозяином. Его взгляду предстала сама воплощенная скромность, она чинно сидела на краешке кресла и робко улыбалась мужчине.
Ректор приветливо улыбнулся и неожиданно уверенным тоном спросил:
– Так чем обязан вашему визиту, госпожа?..
– Ирма Гру, – напомнила свое вымышленное имя девушка, мысленно радуясь, что не вышла из образа, поддавшись общему впечатлению от внешности этого типа.
"Ян Эльт-Ма-Андервуд, устроившись в любимом кресле, с сомнением изучал смуглолицую посетительницу, не забывая кивать с делано-сочувствующим видом. Он пару раз незаметно проверил девушку на предмет внешней иллюзии, но так и не обнаружил таковой. Магия чувствовалась в этой брюнетке, но понять, какая именно, ректор не мог. Не помогали ни опыт, ни знания, ни магические таланты. Он смотрел на Ирму и искренне умилялся ее напору. Вся история гостьи про неимоверно срочный сбор сведений о знаменитом ученом для биографической книги, заказанной его дальней родней, была явно шита белыми нитками.

















