Девушка для дракона

Арэт отбил подносом очередную тарелку с салатом, поудобней перехватил сумку с закопавшейся на ее дне крысой и устало отошел к чудом уцелевшей корзине с белыми розами, среди которых, по милости Ирридии, вольготно расположились морские деликатесы. Как же ему хотелось плюнуть на все и припечатать Корделию магической затрещиной к полу, затем схватить расшалившуюся Тенелис в охапку и удалиться прочь из помойки, в которую они превратили хороший ресторан. Но вмешательство в поединок равносильно оскорблению. А за такими вещами следуют обида, месть и прочие мерзкие вещи, нарываться на которые дракон совсем не хотел. И какой только демон дернул эту идиотку принять вызов? Мало ей острых ощущений в жизни, что ли? В любой момент Корделия может окончательно выйти из себя, и останутся от Ирры горстка пепла и оплавленная цепочка. Хм… Интересно, а камень пострадает?

Тряхнув головой, Арэт мысленно себя осадил: «Нет, ему нужен весь комплект: и артефакт, и его нынешняя хозяйка. Воспользоваться ситуацией и получить первое, пожертвовав вторым, это низко и… и неспортивно, в конце-то концов!»

Взгляд мужчины, скользнув за эмпирой, пробежавшей мимо с делано испуганным видом, снова зацепился за восторженную физиономию Кимира. «Хорошо еще, что тут шельмы мелкой нет», – подумал блондин и тут же скривился, заметив Ашку, неспешно идущую к Эльт-Ма-Гатто с двумя бокалами вина в руках. Причем в один она умудрилась по ходу еще и что-то подсыпать из перстня на пальце. Наверняка болотному сюрприз. «Ну-ну, не все коту масленица», – мысленно хмыкнул Арэт и снова переключился на своих женщин. Яркое зарево, вспыхнувшее посреди арендованной территории, поглотило обе девичьи фигуры. Мужчина метнулся было туда, но его тут же откинуло назад. Проклиная Кимира и Ашель, из-за которых он отвлекся от поединка, дракон поднялся с обломков раздавленной под его весом корзины и принялся напряженно всматриваться в светящуюся пелену. Его опасения не подтвердились. Когда чары рассеялись, он узрел не блондинку, гордо стоящую над обгорелым трупом соперницы, а брюнетку, нагло сидящую верхом на поверженной эльфийке.

– Эм? – почесав затылок, пробормотал Арэт.

– Так что ты там говорила про «твоего» мужчину, болезная? – поинтересовалась Ирридия, затем подцепила кончиком пальца каплю крови со лба соперницы и демонстративно облизнулась. Кори-эль задергалась, пытаясь скинуть с себя нахалку, но обнаружила, что не может пошевелить ни руками, стиснутыми холодными пальцами брюнетки, ни ногами, на которых та бесцеремонно устроилась. – Давненько я эльфятинки не ела! – хищно ухмыльнулась соперница, обнажая острые клыки. – Стоит попро… Ай! – воскликнула она, зло взглянув на того, кто посмел швырнуть в нее цветы… с водой.