Девушка на выданье

И я уверена, ничуть не похожий на тех скучных прощелыг, которых вы выгнали вон!

— Конечно, он кажется очень приятным джентльменом, — выдавила Хелена.

Она отчаянно желала переменить тему разговора и избавиться от этого допроса. Нетрудно догадаться, что стояло за панегириком леди Изабель своему внуку. Но Хелена не собиралась позволить графине вовлечь ее в серьезные отношения с Ричардом. Она считала, что за две-три недели ее отец достаточно поправится, чтобы она могла сообщить ему новость о том, что граф Маркфильд оказался еще одним неподходящим кандидатом на ее руку.

— Приятным. Х-м! − Некоторое время графиня изучающе осматривала свою гостью, а затем… — Вы должны понять, дитя мое, что из-за того, что другие члены семьи — его дядя и кузен — уклонились от выполнения своего долга, мой бедный внук — почти последний мужчина в роду — был вынужден пожертвовать своим положением, чтобы постараться исправить нанесенный ими ущерб. — Вынув платочек, престарелая леди артистично поднесла его к глазам, смахивая несуществующую слезу. — Очень благородная жертва, не правда ли, мисс Витли?

— О, конечно! — Хелена сдерживала смех, готовый сорваться с ее губ. — Очень благородно. — Затем после короткого колебания она спросила: — Простите, если я ошибаюсь, миледи, но я поняла, что у вашего сиятельства большая семья в Ирландии?

— Да! — воскликнула графиня, триумфально кивая. — Семья моей дочери. Я смотрю, вы интересовались Маркфильдом.

Хелена покачала головой.

— Нет, миледи, — ответила она спокойно. — Вы, должно быть, сами сообщили эту информацию моему отцу — вы были одной из его самых ценных клиенток в течение многих лет, насколько я знаю.

Графиня высокомерно хмыкнула:

— Именно так, моя девочка! Имя Стэндиш высоко котировалось в течение двух столетий. Вы должны благодарить свою счастливую звезду, что вам представилась возможность приобщиться к древнему аристократическому роду. Большинство девушек ни за что не упустили бы шанс заполучить Маркфильда, и даже не пошевелив пальцем при этом! Вот он, берите!"

"Поскольку Хелена не прореагировала на это напыщенное утверждение, на лице графини появилось озадаченное выражение. Пронзая свою молодую гостью взглядом, она вздохнула и сменила тон:

— Подумайте, дитя мое. Если я не ошибаюсь, вам не нравится вся эта затея. Неужели мальчик вас чем-нибудь обидел?

Глава 5

Хелена пришла в замешательство. Последнее, чего ей хотелось, — это вступать сейчас в разговор по душам о вынужденных претензиях Маркфильда на ее руку или о собственных чувствах по этому поводу. В то же время у нее возникло странное ощущение, что, несмотря на суровую манеру поведения, старая графиня была добросердечной и отзывчивой.