Девушка на выданье

Бросив взгляд на удивительно спокойную Хелену, он задумался о том, как она расценивает это неожиданное внимание. Несмотря на его решение оставаться вежливо отстраненным от нее, надо было быть слепым, чтобы не увидеть, что она выглядела необычайно привлекательной в лиловом платье для загородных прогулок и в широкополой шляпе, которая была ей необыкновенно к лицу. Делая над собой усилие, чтобы смотреть на дорогу, а не на нее, он сознавал, что при других обстоятельствах такая девушка, как она, легко могла бы явиться большим соблазном. Однако при теперешнем положении вещей… Сжав зубы, он постарался сфокусировать внимание на оживленной болтовне вокруг него.

Хелена, болезненно реагируя на холодное поведение графа со времени неудачной поездки в театр, решила, что, несмотря на очевидное отсутствие энтузиазма Маркфильда к их проекту, она сделает все возможное, чтобы выполнять требования графини, какими бы они ни были.

К счастью, отец во время тех коротких разговоров, которые они вели с ним, не касался обсуждения неподписанного контракта. Однако она знала, что, как только доктор Редферн решит, что он достаточно поправился, чтобы вернуться к нормальной жизни, ей придется изложить перед ним все факты. Но она надеялась, что к этому времени сумеет освободиться от пут, связывающих ее с семьей Стэндиш, которые вызывали у нее все большее напряжение. Пока же она могла только откинуться на спинку и притвориться, что получает удовольствие от поездки, не позволяя непрошеному восхищению графом влиять на ее решение. Однако она не могла не признать, что по сравнению с фальшивым и несдержанным поведением людей, которые были ей недавно представлены, тактичное поведение Маркфильда по отношению к ней было приятым контрастом.

Проведя раннее утро в раздаче хлеба и кружек с супом нескольким десяткам бедняков, посещавших благотворительную столовую при церкви в Джастис-Вок, она была склонна думать, что многие знакомые графини являются испорченными, изнеженными сплетниками, которые тратят свою жизнь на то, чтобы разрушать репутацию друг друга. Она не могла не пожалеть, что некоторые из них не нашли более полезного применения своему времени и своим деньгам!

До сих пор лучшими людьми из так называемого «высшего общества», которым ее представляли, ей показались, за исключением леди Изабель и самого графа, его бывшие армейские товарищи и его кузен Чарльз, которые вели себя с ней и Лотти самым любезным и дружеским образом. Поэтому она не могла скрыть улыбки, увидев Чарльза Стэндиша в элегантном костюме для верховой езды, скачущего в направлении коляски его бабушки.

— Прекрасное утро, леди, — приветствовал он их, приблизившись и почтительно снимая шляпу.