Мы не твои. Том2

Наши пациенты даже питаются лучше остальных! Потому что людям с травмами необходимы витамины и микроэлементы – это как мантру повторяют повара больницы.

И все равно проверка из столицы – это проверка из столицы.

Всем хочется показаться с самой лучшей стороны. Не ударить в грязь лицом. Чтобы видели, что и мы тут, в небольшом областном городке тоже кое-что «могем» - так Олег Борисович говорит.

Меня, конечно, не привлекают к тяжелым работам. Я так, на подхвате.

Мне отдали Лёлькиных пациентов, и я почти весь день сижу у того самого, новенького, которого избили, Вячеслава.

Он все время зовет свою Яну.

К вечеру первого дня у него поднимается температура – после операции так бывает. Я сижу с ним до конца смены, Прижимаю ладонь к его лбу. Почему-то мне кажется, что ему так легче. Сначала я молчу, потом, почему-то мне хочется поговорить с ним.

Понимаю, что ответить он, скорее всего не сможет, или ему будет очень трудно, но…

- Все будет хорошо, правда. Я верю. Ты молодой, здоровый, красивый парень. Все будет. Правда. И эта твоя Янка… Если она по-настоящему тебя любит, она будет с тобой.

- Яна… Ты…

- Нет, я не Яна.

- А кто?

Кто… эх… если бы я знала кто я!

- Я сестра, санитарка, работаю в отделении травматологии. Сейчас вот жду, когда у вас капельница прокапает, поставлю другую.

- Яна… я… должен ей… позвонить…

Он хочет позвонить своей девушке. Наверное, я могла бы ему помочь, вот только… У него при себе не было телефона. Но, возможно, он помнит ее номер наизусть?

Я достаю из кармана смартфон – Лёлька отдала свой старый, он отлично работает. Правда, звонить-то мне особенно не кому. Только вот той же Лёле и звоню. Да, еще пациенты некоторые, уже выписавшиеся, спрашивают, как мои дела. Интересуются, вспомнила ли я, не родила ли еще. И соседка ворчливая звонит. Рассказывает про правнука, вещи мне для малыша уже собрала, обещает передать.

- Яна… мне надо ей сказать… я…"

"Мне очень хочется ему помочь, но я не уверена, можно ли это делать? С другой стороны… кто узнает?

Наклоняюсь к нему поближе, говорю тихо.

- А вы телефон ее помните? Скажите мне, я позвоню.

- Телефон… простой… девятьсот шестнадцать… три пятерки…

Дрожащими пальцами набираю номер. Сглатываю. Слушаю длинные гудки.

А потом… кто-то на том конце поднимает трубку, слышу голос, мужской голос.

- Алло? Слушаю вас.

- Добрый вечер. А Яну будьте добры?

- Кто спрашивает? – голос грубый, даже злой. Почему-то мне страшно.

- Это знакомая.

- Какая знакомая? Имя?

Имя… легко сказать, имя…

- Я…-почему-то в секунду мне в голову приходит только одно, которое кажется очень правильным. – Надежда.

Не понимаю почему Надежда. В клинике меня зовут или Воробушек или Воробей, или Вера. Почему-то Лёлька придумала мне это имя. Но я точно знаю, что меня зовут не так.