Дядя самых честных правил 6

— Константин Платонович, — старший Шереметев кивнул мне, — мой сын хотел бы поговорить с вашим другом. А у меня есть пара слов для вас.

Мы отошли в сторону, и Шереметев протянул мне руку.

— Благодарю, Константин Платонович. Я кое-что узнал у этого, — он взглядом указал на мёртвого подпоручика. — Дуэль состоялась не просто так.

Я вопросительно поднял бровь.

— Мой сын должен был обязательно умереть сегодня. От вашей руки или чьей-то ещё, не суть важно.

— Зачем?

Шереметев скривил губы.

— У нашего рода достаточно врагов, Константин Платонович, чтобы оплатить услуги подобных бретёров. И я уже знаю, кого «благодарить» за такой сюрприз. А вам хочу сказать спасибо, что не оставили это дело и пытались не допустить убийства. Я не забуду этой услуги.

— Не стоит, Пётр Борисович. Так требовала моя честь, а не желание вам угодить.

— Знаю, и ценю это вдвойне.

— Пустое, Пётр Борисович. Вы мне ничего не должны.

Мы обменялись рукопожатием и вернулись к карете.

— Об этих, — Шереметев презрительно кивнул на трупы, — не беспокойтесь. Мои люди приберутся здесь и уладят вопрос с властями. Кстати, Константин Платонович, я хочу пригласить вас и вашего доблестного друга на Рождественский бал в моём поместье.

Отказываться я не стал. На такие мероприятия не попасть с улицы, на них приглашают только своих. Наверняка можно будет завести множество знакомств, а таковые мне крайне нужны.

* * *Появление Боброва в окровавленной одежде наделало в особняке Марьи Алексевны много шуму. Его сразу же уложили в постель, вызвали врача и коллективно жалели. Больше всего хлопотала над ним Александра.

— Петечка, тебе больно? Потерпи, сейчас приедет лекарь. Пить хочешь? Давай подушку поправлю, бедненький.

Бобров картинно страдал, изображал героя и наслаждался вниманием рыжей. Вот и славно — пусть женятся, и Пётр сам следит за своей беспокойной супругой.

Но как забавно тасуется колода отношений! Александра ведь терпеть не могла Боброва поначалу. За время моей поездки на войну между ними появились какие-то дружеские нотки. А после того как Пётр вытащил Сашку из неприятностей, она совершенно переменила мнение о нём. Как говорится, от любви до ненависти один шаг, а обратно и того короче.

За Боброва я не волновался: рана пустяковая, полежит и будет бегать как новенький. А вот меня самого неожиданно придавило. Шум в ушах, взгляд постоянно расфокусировывался, а в коленях чувствовалась слабость. В какой-то момент мне даже пришлось опереться о стенку, чтобы не грохнуться на пол.

Тихонько выскользнув из комнаты, где лежал Бобров, я добрался до гостиной и упал на диван. Да что за ерунда такая? Последствия неожиданных чудес Таланта проявляются? Но вроде нормально всё было, ехал с дуэли полный сил, а тут просто с ног валюсь.