Диета для трех поросят

Он очень боится пробуждения семейной болезни, мысль о том, что в его жилах течет немалая доля крови Алевтины Марковны, лишает его самообладания. Обратиться со своей проблемой к врачу Олег не может. Где гарантия, что тот сохранит тайну, не растреплет о ней всему свету? Ефремов решил заняться самолечением. Он приобрел медицинский справочник и стал покупать разные таблетки…

– Прости, пожалуйста, – перебила я Ирину, – но от какой напасти Олег хотел избавиться?

– От сумасшествия! – округлила глаза собеседница.

– Насколько знаю, панацеи от безумия не существует, – протянула я, – есть терапия, которая купирует агрессию, возбуждение, есть разные антидепрессанты… Но пить «химию» в целях профилактики нельзя. Это же не витамины!

– Ты рассуждаешь как нормальный человек, – вздохнула Ира. – Олега же нельзя считать таковым. Дослушай меня спокойно! Все браки брата развалились из-за его гиперсексуальности. Олег, памятуя о матери, не забывал слова отца о том, что разбушевавшийся инстинкт может привести к всплеску шизофрении…

– Минуточку! Извини, – вновь прервала я собеседницу. – Конечно, я не имею медицинского образования, но, думается, Михаил Олегович был озабочен не столько наследственностью сына, сколько его поведением. Тысячи мужчин имеют жен, любовниц, да еще покупают себе проституток. Ну что ж поделать, если им достался от природы переизбыток тестостерона! Только нормальные парни все же соблюдают общепринятые правила – не охотятся на малолеток, не пристают к пенсионеркам, не сообщают всем окружающим о своих секспристрастиях, и изменяют женам по-тихому. Олег же открыто, внаглую, заводил связи не только с одноклассницами, но и с учительницами. Если вспомним, на какие годы пришлось его отрочество, то сразу станет понятно, чего так испугался Михаил Олегович. Думается, он решил застращать сына, хотел, чтобы тот научился вести себя более-менее прилично.

В глазах Ирины зажегся злой огонек.

– Папа преуспел, начисто сломал Олега! – воскликнула она. – Может, отец и был крупным психиатром, но психолог из него был никакой. Согласна с тобой, откровенное бравирование брата своими, так сказать, достоинствами выглядело вызывающе. Но отцу-то следовало понять, что в подростке бушуют гормоны. Думаю, прояви отец деликатность, брат бы перебесился. Это он во всем виноват!

– Кто? – изумилась я ярости, с которой Ира произнесла последнюю фразу.

Ефремова стала мерить расстояние между окном и дверью.

– Михаил Олегович, папочка наш! – пояснила она. – Вселил в нас комплексы, а мы страдали, боялись свихнуться. Ну все, не перебивай меня, иначе ничего не поймешь…

Олег отчаянно пытался вести жизнь нормального мужчины. Он неоднократно женился и клялся хранить супруге верность.