Диета для трех поросят

Хочу почувствовать ауру помещения, сосредоточиться на собственных впечатлениях!

– Конечно, конечно, – быстро согласилась Наташа, – продолжайте осмотр без меня. Я буду в гостиной, если возникнут вопросы – обращайтесь.

– Непременно! – с нетерпением воскликнула я, ожидая, когда Иголкина наконец оставит меня одну в спальне Ирины."

"Риэлтор ушла, а я кинулась к шкафу и открыла дверки – ничего. В тумбочке у кровати тоже пусто, на книжных полках остался лишь тонкий налет пыли. Такое ощущение, что я нахожусь в гостиничном номере, который только что освободили постояльцы.

Впрочем, после клиентов в отеле всегда найдется мусор, а тут даже смятых оберток от шоколада нет, а в ванной, прилегающей к комнате, не осталось ни брошенной зубной щетки, ни пустого флакона из-под шампуня.

Я подошла к одному окну и удивилась: занавески были скреплены между собой при помощи степлера. Зато окошко, находящееся на другой стене комнаты, сияло чисто вымытыми стеклами. Я подошла к нему вплотную и увидела за ним круглую клумбу с астрами, дорожку, ведущую к калитке, кусты декоративной малины, туи… Умиротворяющий пейзаж.

Интересно, по какой причине Ирина сцепила между собой гардины на одном из окон?

Гонимая любопытством, я вновь пересекла спальню и отвела в сторону край занавески. Иголкина сказала правду: приусадебный участок имел треугольную форму, мой взгляд натолкнулся на два сходившихся под острым углом забора. Верх бетонных конструкций украшала колючая проволока, на одном из столбов висела камера наблюдения. Я медленно вернула гобеленовую занавеску на место. Если вы провели энную часть своей жизни на зоне и на протяжении долгих лет любовались забором, отделяющим вас от свободного мира, то, очутившись наконец на воле, вы не захотите напоминаний о колонии.

Похоже, Ирина и Лида Фомина – одно и то же лицо. Осталось лишь узнать, когда и по какой причине произошла смена личности. Впрочем, нет, вопросов намного больше. Почему Вера Петровна наплела мне небылиц? Ефремова никак не могла жить вместе с Ирой в течение многих лет и наблюдать за ее постепенным превращением в алкоголичку. Уверяла меня, мол, особняк построил ее муж-банкир, а теперь выясняется, что дом съемный и семейной паре тут ничего не принадлежит. Похоже, и сестра ее покойного мужа ненастоящая. Может, Ирину наняли? Зачем? И в каком агентстве возьмут на службу психически больного человека? И… и… и…

Пришедшая в голову мысль заставила меня броситься в гостиную.

Наташа, очевидно радуясь свободным минутам, с детским восторгом пялилась в громадный телевизор.

– Уже все? – с разочарованием спросила она. – Осмотрели?

– Пока нет, – ответила я, – у меня возникли вопросы.

– Слушаю.

– Кто снимал особняк?

Наталья заколебалась.