Дикая Лиза (Муж выходного дня)

– Я тебе никогда не прощу, если ты женишься на ней, на этой противной Лизе! Дикой Лизе! – выкрикнула она, задыхаясь от недетского гнева: – Только попробуй к ней подойти, я сейчас же убегу из дома!"

"– Катя! О чем ты? – В отчаянии отец пытался удержать дочь, но она вырвала руку и опрометью бросилась по лестнице вверх, в свою спальню. Почти одновременно хлопнули, закрывшись, двери обеих комнат, и Виталий остался один. Он обвел растерянным взглядом прихожую, остановил его на продолжавшем раскачиваться кресле-качалке, и, развернувшись, направился в столовую шаркающим шагом чрезмерно уставшего пожилого человека.

Глава 11

Прошло две недели. Морозов пропадал на заводе, правда, исправно появлялся к обеду и ужину, а после опять уезжал почти до десяти, а то и до одиннадцати вечера. Срывался важный заказ, и требовалось предпринять много усилий, чтобы не проворонить, не упустить его в пользу западных конкурентов. С Лизой и сыном он виделся только во время коротких приемов пиши, по-другому этот процесс трудно было назвать. Начинался он с того, что Виталий быстрым шагом проходил в столовую, садился на свое место, кивком здоровался с домочадцами, спрашивал у Лизы, как Саша, затем обнимал и целовал сына, который неизменно присутствовал за столом, восседая, словно на троне, в своем высоком стульчике между отцом и Лизой.

И заканчивался той же самой процедурой: Виталий благодарил за обед, и, поцеловав сына, покидал столовую.

Этих минут ему хватало, чтобы увидеть, каким славным: веселым и озорным растет его сынишка. Теща и Катя тоже, казалось, оттаяли, и уже души в нем не чаяли, наперебой рассказывая за столом о его проделках и шалостях. Вряд ли они так скоро смирились с пребыванием Лизы в доме, но после того неприличного скандала, которые Зинаида Тимофеевна и Катя устроили Виталию в день приезда Лизы и Саши, никаких неприятных вопросов не задавали, и тему ее отъезда не поднимали.

Тем не менее, Виталий предпочитал лишний раз к теще не обращаться, да и в разговорах с дочерью выбирал нейтральные темы. Впрочем, они отвечали тем же. Что являло собой заметный прогресс по сравнению с первыми днями пребывания Лизы в семье.

Все было хорошо на первый, не слишком глубокий взгляд, но Виталий понимал, что короткие встречи с семьей не отражают реальной картины, той обстановки, которая сложилась в доме на самом деле.

Ведь появление Лизы перевернуло весь уклад жизни его обитателей. И поэтому каждый час, каждую минуту ждал взрыва…

Морозов позволял себе лишь иногда и только украдкой наблюдать за Лизой. За столом она почти ни с кем не разговаривала, обращалась только к Саше, или к Зое. Она довольно ловко орудовала вилкой и ножом, пользовалась салфеткой, отказывалась от вина, и как выяснилось еще в больнице, никогда не курила.