Дика

 — Сколько у врага дивизий под Севастополем? Сколько танков? Сколько самолетов на аэродромах и артстволов в батареях? Где и как расположили фашисты свои силы? Как строят укрепления? С какой стороны городу угрожает наибольшая опасность? — Петров внимательно посмотрел на Илиту. — На все эти вопросы, товарищ Даурова, должны будете ответить и вы! Понятно? А не ответите — сдадим город… не выдержим…

— Хорошо сказал, — поддержал Петрова адмирал. — И я бы на вашем месте, лейтенант Даурова, ни минуты не колебался в своем решении: коли нужна фронту разведка, вы, как мужественный, смелый и бывалый воин, беритесь за разведку!

Илита молчала. Конечно, фронту нужна разведка, нужны разведчики. Тут двух мнении быть не может. Но ведь Илита — летчик, притом не скороспелый, а кадровый, прошедший большую школу выучки. Правильно ли это — сунуть ее в пехоту? «Неправильно, — не соглашалась в душе Илита. — И как генерал не понимает, что для меня это — обида!»

Но Петров, казалось, не замечал расстроенного лица Илиты. Он продолжал говорить:

— И лучше всего будет, если мы определим лейтенанта к тебе, — обернулся он к адмиралу, — в разведку, в хозяйство Красникова. Женщине зачастую легче проникнуть в тыл врага, в оккупированные селения, и высмотреть там всё до пылинки. А твоего молодца-матроса хоть в платье кутай, хоть платок ему на голову накинь — все отличат. Верно я говорю?

— Верно, — подтвердил адмирал. — Такую дивчину, как Илита Даурова, только переодень в гражданское — и на первый взгляд ее не отличишь от крымской татарочки…

«А что? — подумала Илита. — Правда, не отличишь. Я такая же чернявая. И глаза с маленькой раскосинкой. Может, действительно пригожусь в разведке?»

Она вздохнула: тяжело было расставаться с делом, которое стало для нее самой жизнью.

Машина свернула к оврагу, рассекавшему гряду коричневых холмов, проехала глубокой ложбиной еще с полкилометра и остановилась. Здесь, в обрывистых кручах, были вырыты десятки пещер. Их темные, укрепленные камнями и бревнами входы с воздуха были, вероятно, совершенно неразличимы.

Генерал Петров, командующий — адмирал и адъютант командующего, майор, молчавший всю дорогу, вышли из машины. И тут же к ним подбежал высокий, тщательно выбритый офицер. Одет он был даже слишком щеголевато: тужурка из черного сафьяна, на ногах хромовые сапоги «гармошкой», голова увенчана высокой каракулевой кубанкой.

«Красников! — догадалась Илита. — Бритый Барс — так, кажется, его прозвали защитники Севастополя!»

Вскинув руку к кубанке, Красников коротко отрапортовал о положении дел в части.