Дикарь

Будучи девственницей в свои семнадцать, в то время, когда все одноклассницы уже «попробовали», девушка боялась.

Может своё дело сделало воспитание родителей, которые вдалбливали ей в голову с малых лет, что порядочная девушка до свадьбы не должна подпускать к себе парней. А может причина крылась во внутреннем мире, который был ещё слишком хрупким, детским, наивным.

Сане пришлось долго ждать. Больше года Даша не соглашалась на интимные отношения и даже слышать об этом ничего не хотела.

Только парень оказался не из робкого десятка. Он знал, что делать с юными недотрогами и умело добивался своей цели. Даша влюбилась в него. Да так, что когда Саня поставил ей перед выбором — «взрослые отношения» или расставание, Даша выбрала первое. Сдала позиции.

А сразу после того, как подарила ему самое ценное, что имела, парень бросил её. И не просто бросил, как это часто случается среди подростков, а показал своим друзьям фотографии, которые клялся сжечь. Фотографии, где она смущенная, обнаженная, скромно прикрывающая грудь, позировала для него, потому что Саня уверял — это нормально, так должно быть. А она верила. Наступала на горло своей гордости и самоуважению и делала, как он хотел."

"Позже оказалось, что это всего лишь пари. На неё просто поспорили. Почему он добивал её целый год и не наплевал на дурацкий спор? Да потому что Саня не привык проигрывать. А ещё, ставки были высоки… Так развлекаются детишки богатых родителей.

Став посмешищем для всего района Даша замкнулась в себе и из жизнерадостной девушки превратилась в тень. Когда слухи дошли до родителей и отец в сердцах выкрикнул ей в лицо, что ему стыдно за дочь-шлюху, она не выдержала. Вскрыла вены.

Её успели спасти, правда, на две недели заперли в психушке. Чтобы пройти, закрыть этот этап, родители отправили Дарью в другой город, где она закончила институт и осталась жить.

До сих пор шрамы бороздят не только её запястья, но и душу. Разумеется, подростковая несчастная любовь прошла вместе с горечью взросления, но пережитая боль осталась в памяти родимым пятном, как напоминание, что нельзя верить наглым красавчикам и тем более нельзя идти у них на поводу.

Игры с Савелием перерастали в нечто большее, она чувствовала это. И боялась. Страшно боялась снова обжечься, ведь тогда сгорели только крылья, а сейчас сгорит вся без остатка.

Нет, конечно же, Даша не станет вскрывать вены или прыгать с моста. Не тот возраст, не тот разум, да и себя любит больше. Но испытать боль снова не хотелось.

— Дашка? — раздался голос в темноте и девушка вздрогнула, уже и позабыв, что в комнате не одна.

Судя по тому, откуда шёл звук, он всё-таки лёг на матрас, который Даша бросила для него на пол.

Тихо засмеялась, представив, как этот бугаина свернулся на малюсеньком, почти детском матрасе.