Дикарь

Я ковал, пахал, сеял, лепил горшки, шил одежду, охотился, строил деревянные корабли и лодки, танцевал, складывал стихи, рисовал и создавал статуи, в общем, изучал в совершенстве то, что мне точно никогда не понадобится и уж точно не пригодится при ремонте и восстановлении станции. И опять, на все мои возмущения и претензии ИскИн безэмоционально отвечал, что, во-первых, мозг и нейросеть надо подготовить к приему больших объемов информации, во-вторых, мне надо выработать определенные рефлексы, а в-третьих, никогда не надо загадывать какие навыки и знания пригодятся, а какие нет, и тут же, гад такой, ссылался на меня самого и мою жизнь на Сициле.

Правда он при этом был почему-то уверен, что мои знания и навыки — это результат того, что когда-то я изучал именно такие базы, вот они и всплыли из подсознания в критический момент. Тут уж, сами понимаете, спорить, опровергать и что-то доказывать себе дороже.

Глава 12"

"Время идет, на планете, внизу, продолжает бушевать этот странный «энергетический шторм» и, если верить словам ИскИна, продлится он еще не один месяц, я продолжаю изучать совершенно ненужные, на мой взгляд, базы знаний и чувствую себя на этой станции словно в тюрьме.

За все время моего пребывания на станции, ИскИн не открыл для меня ни одного нового помещения, только каюта, спортзал и медицинская палата с установленной в ней диагностической медицинской капсулой и соседний с ней закуток, в которой стоит реаниматор. Коридоры, правда, в полном моем распоряжении, но и только. Мне даже кажется, что и те помещения, которые при моем появлении на борту были открыты, теперь под замком. Хотя, ради соблюдения принципов справедливости, надо отметить, что кое-что в моем распорядке все же поменялось — теперь каждые три дня ИскИн заставляет меня проходить диагностику. Времени это много не занимает, каких-то двадцать-тридцать минут, вот только после каждой такой процедуры в голосе ИскИна появляются какие-то… озабоченные, что ли, нотки. С результатами диагностики он меня ознакамливать не считает нужным, зато начинает еще больше нагружать изучением ненужных баз. И где он их только берет-то?

Вот и около декады назад, одним прекрасным утром, убедившись, что я изучил очередную базу, на этот раз по этикету, причем совсем уж странную, такое ощущение, что ей не одна тысяча лет была уже тогда, когда жизнь на станции и на планете кипела и бурлила, даже не дав мне позавтракать, ИскИн опять отправил меня в диагностическую капсулу, а вылез я из нее только через полтора часа.

Пока я одевался, затем завтракал, а потом закреплял полученные навыки в виртуальной реальности, ИскИн молчал как зарезанный, а потом неожиданно сказал.