Дикарь

Все это я приволок из своих вылазок в горы и именно благодаря этим находкам мне и удалось установить контакт с женщиной, до этого смотревшей на меня как на какое-то недоразумение, по чистой случайности оказавшееся в кругу ученых и интеллектуалов. В общем, даже этот неприятный, по началу, эпизод со временем стал одним из самых полезных и нужных. Геба не скрывала ни от кого своих знаний и щедро ими делилась, как с участниками своей группы, так и со всеми желающими, в число которых попал и я. Как-то очень плавно и… взаимовыгодно, что ли, ее уроки наложились на знания Кшала и мои, пусть в основном и почерпнутые из Интернета.

В результате, из сплава знаний трех цивилизаций начало проявляться что-то новое и я думаю, что Геба была довольна, в первую очередь, именно открывшимся перед ней перспективам, а не своей коллекции.

Но, если у кого-то сложилось впечатление, что все эти месяцы для меня лично и для всего состава экспедиции превратились в один нескончаемый праздничный фестиваль, то он глубоко заблуждается.

Хватало всего, и хорошего, и плохого. Были и скандалы, и драки, несколько раз доходило даже и до стрельбы, но, слава богу, все обошлось, хотя медики и не сидели без дела. Были несчастные случаи, травмы и ранения, мы пережили, как потом выяснилось, сезонную миграцию каких-то мелких, но очень агрессивных, хищников. Пару раз группы ученых-археологов оказывались на пути лавины, но, опять же, к счастью, кое-какая аппаратура тогда еще работала и их успели предупредить, у некоторых энтузиастов охоты случались стычки и с местными крупными хищниками, отстаивавшими свою территорию и не желающими ее делить с пришлыми. В общем, хватало всего, и хорошего, и плохого, веселого и грустного, просто так уж устроена человеческая память, что, в основном, откладываются в ней именно счастливые, приятные моменты, а весь негатив мы торопимся забыть.

Не знаю, как все остальные члены экспедиции, но я при расставании испытывал грусть и сожаление, а еще легкое чувство вины перед профессором Крессом.

Ему не повезло, он не нашел того, что искал, а вот я… кажется что-то нашел. Нашел, но ни словом не обмолвился. Нет, скорее всего, обнаружься моя находка в первые два-три месяца, я бы все рассказал и показал, но я нашел это уже в то время, когда все сидели на чемоданах в ожидании прилета корабля и делать такой подарок в самый последний момент, это… это жестоко, жестоко, в самую первую очередь, по отношению к профессору и его людям.