Дикарь из глубинки или курс выживания для мажорки

Уже настроившись, готовится доставить мне удовольствие неземных масштабов! Когда в сладкий морок и звуки нашего сбитого дыхания врезается… шелест шин по асфальту.

Я моментально напрягаюсь.

Что за нафиг?

Подбираясь каждой клеточкой, каменею в руках своего Дикаря.

– Принцесса, все хорошо? – разумеется, не ускользает от Миши перемена в моем настроении. Я молчу и прислушиваюсь. Не может же это быть…

Сердце начинает бить, как отбойный молоток, когда я понимаю, что машина затормозила около нашего дома. А еще… ворота. Открываются автоматические ворота на территорию! А это значит, что…

– Твою мать! – охаю я, отталкивая от себя Мишу.

– Мила?

– Черт-черт-черт! – суетливо подскакиваю с кровати. Запутавшись в покрывале, чуть кубарем не лечу на пол. С трудом удержавшись на ногах, хватаюсь за голову, совершенно забывая, что стою при свете дня перед Мишей в чем мать родила.

Вспоминаю. Щеки краснеют. А руки начинают трястись. Но совершенно по другому поводу. Миша смотри на меня крайне офигевшим взглядом, спрашивая:

– Милка, какого хрена происходит?

– Миша, тебе срочно надо уходить.

– Чего? В смысле?

– Родители. Они вернулись домой раньше, чем я думала.

– Никуда я не уйду.

– В смысле, не уйду?

– В прямом, – и бровью не ведет мой непрошибаемо упрямый мужчина.

– Но там мои родители! – взвизгиваю.

– И? Что дальше?

– То есть как “что дальше”?

– Ну, раз приехали, значит, пойдем знакомиться. Это судьба.

– Ты издеваешься?

– А похоже? – перекатывается на спину, вальяжно заложив руки под голову, Миша.

– Они не должны тебя увидеть, – отрезаю.

– Почему? Ты меня стесняешься? Я что, урод какой-то?

– Господи, да нет, конечно, не в этом дело!

– А в чем тогда?

– Да просто не должны и все тут, – упрямлюсь.

– Нет, принцесса, никуда я не уйду. Мы, кстати, еще не закончили…

– Ладно, не хочешь уходить, тогда спрячься.

– М, в шкаф? – задумчиво оглядывается на гардеробную Румянцев.

– Ну, – пожимаю плечами, – как вариант, да.

– Прекрасно, – хмыкает. – Милка, посмотрим на меня, мне лет-то сколько по-твоему? Я уже старый, чтоб прятаться по шкафам от родителей своей женщины. Да и тебе не восемнадцать.

– Да, Миша! – топаю ногой, взвыв от безысходности. – Ты не понимаешь!

– Вот именно, я не понимаю, в чем сложность просто нас друг другу представить.

– Да в том, – шиплю зло, – что моим родителям очень сложно угодить, ясно? Особенно отцу! Я же тебе рассказывала, что им нужен перспективный богатый зять. У папы на этом пунктик. Ну!

– А вот как, – садится на постели Миша, – а я, значит, не перспективный? И старый, наверное, да? Для такой-то хорошенькой куколки из обеспеченной семьи.

– Блин, – морщусь, – да я не то имела в виду.

– Я понял, – бурчит Миша.