Дикарь из глубинки или курс выживания для мажорки

– Удивлен, – отвечает спокойно, делая глоток из своей кружки.

Я сглатываю и вопросительно на него смотрю.

– Действительно всеядна, – хмыкает. – А я-то думал, может, болеешь чем или вегетарианка. Худая, как доска.

Это звучит обидно.

– А с комплиментами у вас совсем плохо, да?"

"Дикарь пожимает плечами.

– Я просто слежу за собой, – бросаю, откусывая огурец.

– Куда следишь? Кости да кожа. Баба какая должна быть?

И, когда я не отвечаю, этот невежда образно показывает своими громадными лапами. По крайней мере задницу и сиськи точно. И, судя по вырисовывающимся в воздухе формам – верхние не меньше четверки, а нижнее должно с трудом проходить в дверные проемы.

Я улыбаюсь.

– Так то баба, – киваю. – А девушка? Да и мне глубоко плевать, какая кому баба нужна. Мне нравится быть такой. Вам не понять.

– Не понять, – передразнивает меня этот мужлан. – У тебя и ухватиться-то не за что, – кривит губы в полуулыбке.

– Вот и не надо за меня ухватываться, держите свои лапы при себе.

– Милка-Милка. И как тебя мужик-то терпит? Сварливая ты баба, – качает головой. – Несговорчивая.

– Мужик? Какой еще мужик? – откладываю вилку в сторону, все, кажется переела.

– Не надо мне никаких мужиков. И без вас неплохо живется.

– Ты того, что ли?

– Кого “того”?

– По новым веяниям с запада?

Я в ужасе таращу глаза:

– Да идите вы, знаете куда?!

– Куда?

Издевается! Вот точно издевается!

– В коровник и свинарник свой! Ваши комплименты вон, только хрякам и телкам сгодятся. Грубиян! – подскакиваю резко со стула, тот отъезжает со скрипом ножек по полу. – Спасибо, наелась. Очень своевременно, а то пришлось бы организовывать похороны по приезде вашего хозяина, – бурчу и насупившись, семеню в сторону гостиной.

А вот чай попила бы. Но гордость возвращаться не позволяет. Поэтому забираюсь на диван с ногами. Укладываю подушку под голову и укрываюсь одеялом. Знобит. Видимо, отходняк от произошедшего сегодня. Мишаня следом не идет. Вот и хорошо. Хватит с меня его невежливого общества!

Утопаю затылком в мягкой подушке и разглядываю потолок. Потом поворачиваюсь и прислушиваюсь, как грубиян и неотесанный болван прибирает на кухне. Тут становится чуточку совестно. Может, конечно, я не права и надо было помочь. Все-таки меня накормили, пусть и поздно.

В тепле приютили. Даже постельное вон, выдали.

Подскакиваю…

Ну уж нет! Ложусь обратно и отгоняю эти мысли к черту. Пусть убирает. В следующий раз думать будет, что говорить и как обращаться к нежной красивой молодой девушке. Привык тут со своими твердолобыми бабами общаться. А этим деревенским броню из самомнения на танке не пробьешь!

Когда до слуха доносятся приближающиеся шаги, я закрываю глаза, притворяясь спящей. Чувствую, как мужчина останавливается рядом. Он что-то ставит и отходит.