Нас нет (СИ)

Но сейчас словно что-то беспокоило.

Ныло за ребрами, как у древнего старика перед инфарктом. Заставляло мысленно возвращаться на прохладный балкон отеля, где днем раньше я простился с другой женщиной."

"Не было между ними ничего общего. Отстраненная, словно спрятанная в непробиваемый кокон княжна с уставшими глазами и питерская красавица, самая титулованная мисс, лишенная комплексов, сверкающая и доступная.

Вика легко могла затмить любую соперницу. Вытравить из памяти постельными талантами, покорностью и удобством. Ее не нужно было спасать. Колени не подгибались от шизоидного желания преклониться.

С ней можно было построить жизнь. Свою. По своим правилам. С четкими границами и полной свободой. С ней не нужно было морочить себе голову фантазиями о будущем, о дурацкой общей старости, детях или, стискивая зубы, вспоминать прошлое.

С ней было бы легко и просто. Стерильно.

Но за ребрами ныло.

Перед глазами, в мыслях, стояла совсем другая женщина.

И от одного короткого сообщения с тремя словами: «Нам нужно встретиться» — я забыл и о такси, и о Вике.

***Хотелось бы, чтобы Елена согласилась на мои условия, забрала деньги и ушла из рекламного проекта.

Так было бы лучше для нас обоих.

Но особых надежд на такой уход не было. За десять лет Елена Абашева из симпатичной долговязой девчонки превратилась в красивую женщину. Далекую от популярных стандартов. Утонченную, изящную. С особым лоском и бронебойной аурой настоящей княжны.

Вряд ли вместе со всеми этими изменениями она растеряла свою гордость или стала менее упрямой. Судя по содержимому досье, которое собрала моя служба безопасности, Елена стала лишь более замкнутой и твердой.

Проще было самому расторгнуть с ней контракт, чем ждать, что она решится отступить.

Но текст последнего сообщения говорил об обратном.

«Нам нужно встретиться».

Дважды перечитал короткое предложение. Слова были понятными. Знакомыми. Номер телефона тоже. За десять лет он не изменился. Точно так же, как и мой.

«Вечером. В офисе. Охрану предупрежу», — написал я в ответ.

Можно было сбросить встречу с Еленой на пиарщика. В конце концов, именно Павел заварил эту кашу. Но что-то помешало.

Возможно, формулировка — слишком далекая от «Я согласна на твои условия» или «Готова уйти».

А может быть, сработала старая, вбитая в прошивку программа отвечать «да» на любую просьбу этой женщины.

***Как и в далеком прошлом, Лена не стала ничего уточнять. До позднего вечера от нее не было никаких вестей. Словно никто и не писал! Но почти перед самым моим отъездом охрана сообщила о гостье.

— Позволишь?

Я скорее почувствовал, чем услышал тихий голос. Пытаясь понять, что творится на душе, смотрел в этот момент в окно.

На город.

На серые тучи.

На женщину, появившуюся в отражении.