Диктатор

Впервые за долгое время я пропускаю занятия без весомой на то причины и вместо дома бегу к взрослому мужчине, чтобы вновь почувствовать себя куклой в умелых руках.

Олег отстраняется всего на мгновенье. Тянется к верхнему ящику стола и достает серебристый квадратик. Звенит пряжка, шуршит упаковка, головка его члена упирается между моих складочек, и я подрагиваю от желания, чтобы он поскорее оказался внутри меня.

— К черту это, хочу чувствовать тебя всю, — рычит он, и я замечаю, как латекс летит на пол, в потом одним резким толчком мужчина заполняет меня всю до отказа.

Я больше не контролирую ни свое тело, ни разум, поскольку они стали одержимы лишь движениями каменного члена внутри меня.

Каждый раз, когда я думаю, что это уже предел, Олег замедляется, а потом вбивается в меня так глубоко и сильно, что сдерживать стоны почти невозможно. Мне плевать и на тонкие стены в кабинете, и на секретаршу за дверью; все, что меня интересует в эту минуту, — мужчина и то наслаждение, которое он дарит мне.

Его хриплое дыхание.

Его сильные руки, сжимающие мои бедра.

Его сбивчивый шепот и умелые ласки.

Есть только я и он — и больше никого между нами.

Я вижу, чувствую это, осталось только раскрыть глаза Олегу, ведь не просто так он обратил на меня внимание, это безумное притяжение между нами идет с обеих сторон.

Я мыслю наивно и глупо, по-детски, но, когда не с чем сравнить, когда думаешь, что вот она, магия любви, все остальное не имеет ни малейшего значения. Потому что я верю, или хочу верить, что этот мужчина полностью принадлежит мне. Точно так же, как в эту минуту я ему.

— Давай, кончи для меня, детка, — рычит он, и на ягодицы обрушивается несколько шлепков. Сладкая боль распространяется по всему телу, и, больше не в силах терпеть, я разрываюсь на атомы, растворяясь в наслаждении.

Падаю животом на стол и чувствую, как через мгновенье Олег выходит из меня, издает хриплый стон и наваливается сзади, поглаживая рукой мою спину.

Мы оба тяжело дышим и не произносим ни слова. Оргазм настолько сильный, что в глазах до сих пор пляшут черные пятна. Олег начинает смеяться, поднимается и помогает мне обрести равновесие. А я не могу поднять на него взгляд — страшно и стыдно. Возбуждение прошло, и самоконтроль вернулся.

А вместе с ним и осознание произошедшего. Оно рухнуло на меня бетонной плитой и придавило к полу. Меня только что использовали как обычную шлюху, а я и рада стараться."

"— Что такое? Тебе разве не понравилось? — Исаев улавливает резкую перемену моего настроения, притягивает к себе и заставляет смотреть ему в глаза. — В чем проблема, Полина? Ты выглядишь так, словно только что побывала на похоронах, а не кончила. Или ты имитировала, а? — В его глазах вспыхивает пламя, и я спешу заверить его, что все было настоящим.