Дитя дьявола
Медноволосый паж Леон давно уже превратился в герцогиню Эйвонскую. А сам герцог остепенился и забыл о дуэлях и погонях, но знамя Дьявола подхватил сын Эйвона, истинное дитя-дьявол, ни в чем не уступая отцу по части пороков.В один прекрасный день он даже переплюнул родителя, вздумав похитить вполне добропорядочную девицу. Одного только не учел отпрыск дьявола: что девица окажется ему под стать. Не жеманная особа с романтическими бреднями в голове уселась в его карету, а ее на редкость хладнокровная и решительная сестрица. Что ж, решает Видал, одна девица или другая, особой разницы нет. Но не тут-то было. С такими барышнями прожженный игрок и дуэлянт еще не сталкивался. Девица не только чрезвычайно остра на язык, но и не падает в обморок при виде крови.А тут еще все взбалмошное семейство герцога решает вмешаться в историю. Неугомонный Руперт с не менее деятельным бывшим пажом устремляются в погоню. А за ними и все остальные…Головокружительные повороты судьбы никак не сказываются на остроумии жертвы и похитителя. Да и все прочие за словом в карман не полезут.
Видал всегда находился с сэром Рупертом в близких отношениях, к чему я и, смею сказать, моя матушка относились крайне неодобрительно. Не сомневаюсь, что именно от дядюшки Руперта Видал перенял пренебрежительное отношение к морали.
— Джон, ты невыносим! — в сердцах воскликнула герцогиня. — Я уверена — ты просто завидуешь Доминику.
— Завидую?! — изумленно переспросил мистер Марлинг."
"— Разумеется, завидуешь, — повторила герцогиня. — Ты говоришь, что застрелить человека — это чудовищно. Потому что сам на это не способен. Ты даже слона не сможешь ранить.
Мистер Марлинг не нашел что ответить. Расправившись с племянником, Леони улыбнулась и похлопала мистера Марлинга по колену.
— А теперь обсудим, что следует предпринять для спасения Доминика из этого impasse[41].
Мистер Марлинг не удержался от искушения уколоть ее милость:
— Насколько я понимаю, в спасении больше нуждается доверчивая девица, которая сейчас находится в обществе Видала.
— Ну, знаешь! — вспылила Леони, — с тобой невозможно разговаривать, ты от природы не способен рассуждать здраво.
— Прошу прощения, мадам, если разочаровал вас, но, по-моему, вы слишком легкомысленно относитесь к выходкам маркиза.
— И вовсе нет, — чопорно возразила Леони. — Просто я не верю, что прискорбные события произошли именно так, как рассказала милой Фанни эта недалекая миссис Чаллонер. Если Видал увез ее дочь во Францию, то, думаю, девушка отправилась с ним по доброй воле, и тогда все разрешится само собой.
— Я тоже об этом думал, тетушка Леони, и у меня есть ответ, хотя, боюсь, вам он не понравится. Если история правдива, Видал увез девушку из мести.
Последовало долгое молчание. Герцогиня нервно стиснула руки.
— Ты и в самом деле так думаешь, Джон?
— Согласитесь, мадам, что такое вполне возможно.
— Да. В приступе гнева Доминик способен на всякое… Я обязана как можно скорее увидеться с Рупертом! Почему мы так плетемся? Скажи кучеру, чтобы поторопился!
— С дядюшкой Рупертом? — отозвался Джон. — Могу себе представить, зачем он вам понадобился!
— Вот как? — взвилась Леони. — Так я тебе скажу зачем! Руперт поедет со мной во Францию и поможет отыскать Доминика и эту шальную девчонку.

















