Дитя дьявола
Медноволосый паж Леон давно уже превратился в герцогиню Эйвонскую. А сам герцог остепенился и забыл о дуэлях и погонях, но знамя Дьявола подхватил сын Эйвона, истинное дитя-дьявол, ни в чем не уступая отцу по части пороков.В один прекрасный день он даже переплюнул родителя, вздумав похитить вполне добропорядочную девицу. Одного только не учел отпрыск дьявола: что девица окажется ему под стать. Не жеманная особа с романтическими бреднями в голове уселась в его карету, а ее на редкость хладнокровная и решительная сестрица. Что ж, решает Видал, одна девица или другая, особой разницы нет. Но не тут-то было. С такими барышнями прожженный игрок и дуэлянт еще не сталкивался. Девица не только чрезвычайно остра на язык, но и не падает в обморок при виде крови.А тут еще все взбалмошное семейство герцога решает вмешаться в историю. Неугомонный Руперт с не менее деятельным бывшим пажом устремляются в погоню. А за ними и все остальные…Головокружительные повороты судьбы никак не сказываются на остроумии жертвы и похитителя. Да и все прочие за словом в карман не полезут.
— Не хочу спорить с вами, мисс Чаллонер, но могу я узнать, не почерпнули ли вы столь красочное описание от лорда Видала?
— Если вы имеете в виду, не сообщил ли мне об особенностях тяжелого характера герцога его сын, то нет, сэр. Думаю, лорд Видал питает искреннюю и глубокую привязанность к его милости. В своей оценке я исхожу из общего мнения, а также из того неподдельного страха, который испытывает к своему дяде моя подруга мисс Марлинг. Маркиз же дал мне понять, что его отец невероятно проницателен и имеет обыкновение преуспевать во всех своих начинаниях.
— Мне приятно слышать, что лорд Видал снисходителен к его милости, — улыбнулся загадочный незнакомец.
— Правда, сэр? Составив о герцоге собственное мнение, я прекрасно понимала, что его милость не только далек от желания познакомиться со мной, но и, вполне вероятно, лишит лорда Видала наследства, если непокорный сын женится на мне.
— Вы нарисовали весьма лестный портрет, мисс Чаллонер, но могу вас заверить, что, какие бы чувства ни испытывал его милость, он никогда не поступит столь вульгарно.
— В самом деле, сэр? Не знаю, но я глубоко убеждена, что его милость не одобрил бы брак своего сына с простолюдинкой.
"— Кувшин с водой! — повторил пожилой джентльмен. Его плечи слегка вздрогнули.

















