Директива: Выжить!

— Есть, что ещё сказать по этому поводу?

— Хочу заметить, что для грабежа совсем не обязательно убивать тех, у кого отнимаешь наличность и имущество.

— Лишив поселившихся в этой дыре разумных последнего, я уже сломаю их жизни. Оставшись на Каюрри без техники, без кораблей и без связи они будут обречены на страшную смерть от голода и болезней. Так почему бы не проявить милосердие и не прикончить их, не обрекая на мучения, и заодно избавляя себя от головной боли и вероятности получить удар от тех, о ком ты уже давно забыл? Или пример с директором Ди вас ничему не научил, капитан?

— Не могу сказать, что его ненависть как-то повлияла на моё нынешнее положение. — Развёл руками мужчина, ударив колбу на правой руке о стойку рядом с собой. Чертыхнувшись, Хирако отдёрнул руку и едва не приложился ею об размеренно гудящий сервер.

— Кто знает, капитан Хирако, кто знает…

Мужчина, коря себя за неаккуратность, — и в буквальном смысле тоже, — проводил взглядом отвернувшегося киборга, занявшегося поисками чего-то во внутренней сети. Очевидно, этот разговор капитан Про закончил, но ничего не мешало Хирако начать новый. Например, обсудить предстоящую церемонию и выгружаемые дроидами контейнеры, содержимое которых оставалось для пиратского капитана загадкой…

* * *Далёкое солнце уже скрылось за горизонтом, и на Каюрри опустилась ночь. Но позднее время не заставило разумных укрыться под крышами своих домов: они наоборот выходили на улицы, стекаясь к космопорту, малая часть которого всего за два с половиной часа преобразилась до неузнаваемости.

Высадившиеся на поверхность дроиды-техники успели собрать из найденного на складах металла двенадцать внушительных столов, ныне заставленных продуктами из запасов с “Немезиды”, множество скамей и полноценную трибуну, перед которой уже несли дежурство “Эгиды”.

Невысокая площадка с постаментом из пропитанных специальным составом брёвен располагалась чуть в стороне, но так, чтобы её было видно отовсюду.

— Ну, по крайней мере они сюда пришли. — Хмыкнул Хирако, обращаясь к застывшему рядом Аполло. Сейчас он был безоружен, как и все прочие киборги — этакий ни на что по-настоящему не влияющий жест доверия по отношению к пришедшим на прощальную церемонию разумным. Не влияющий потому, что в качестве охраны выступало больше двух сотен боевых дроидов, которым даже небольшая армия ничего не смогла бы противопоставить. — Сотни четыре?

— Больше. — Одним словом ответил Аполло, которому происходящее явно не доставляло особого удовольствия, чего нельзя было сказать о Хирако. Нет, пиратский капитан не радовался прощальной церемонии, но испытывал нечто, что можно было назвать благодарностью по отношению к организовавшему всё это Про.