Дитя другого мира.

От такой ласки с губ моей рыжей колдуньи сорвался слегка хрипловатый стон, и я улыбнувшись, продолжил свои действия, то перекатывая горошинки между пальцами, то поочередно покусывая и целуя их, пока ее тело не изогнулось в попытке прильнуть ко мне еще ближе, требуя более настойчивых действий.

Оставив грудь, поцелуями спустился ниже, минуя ее плоский животик, и останавливаясь лишь у слегка рыжеватого маленького треугольника, в который тут же запустил пальцы, сразу же убеждаясь в том, что моя девочка горит от желания. Гладя ее, нашел именно то местечко прикосновение к которому приносило ей наибольшее удовольствие и сосредоточившись на нем, слегка потер, от чего она застонала и выгнулась, снова требуя большего. Да я и сам уже еле сдерживался, но все же продолжал мучать малышку. Мне хотелось, чтоб она сама попросила взять ее.

Погрузившись пальцами в ее горячее лоно, чуть не кончил от удовольствия, а моя колдунья зарывшись мне в волосы попыталась потянуть меня на себя, но я не позволил ей этого, погрузившись еще глубже, заставил ее тело выгнуться, затем лизнув ее нижние губки, начал двигаться все сильнее, от чего она застонала, и я почувствовал как тело моей любимой содрогнулось, и запульсировало внутри, непроизвольно сжимая пальцы."

"Приподнявшись, увидел, как она смотрит на меня невероятно зелеными затуманенными глазами, от чего по телу снова пронеслась волна жара, и я, забыв о том, что хотел, чтоб меня о чем-то просили встал и начал скидывать свою мокрую одежду. В голове билась только одна мысль: «Присвоить!»

Сняв вещи, хотел было вернуться на кровать, но Виктория оказалась так близко, что я даже не успел ничего сообразить. Ее пальчики, обхватив мой член нежно двигались по нему то вверх, то снова опускаясь вниз.

— Вика… — выдохнул я, наблюдая за тем, как малышка склонившись лизнула мое достоинство. Далее я потерял связь с реальностью, потому как это было что-то невероятное, от чего жар не просто охватил мое тело, он поглотил его целиком, захватывая в плен все мое сознание, пока не настал момент кульминации. — Милая моя… — хрипло начал я, но она поднялась, и прильнув ко мне всем телом, потерлась словно дикая кошка, просящая продолжения ласки.

— Аратарион, — игриво начала она. — Я хочу тебя! — услышал я наконец-то то, что хотел, и желание снова пронеслось по всему телу, не оставляя безразличной ни единую клеточку.

— Родная моя… — начал я, но она снова не дав договорить закрыла мой рот поцелуем, от которого все внутри встрепенулось, и я, подхватив ее под ягодицы, тут же опустил на кровать, сразу же накрывая своим телом, и погружаясь в ее глубины.