Дмитрий Державин и ведьмин глаз

А что, если я его уже нарушил? — в ужасе проговорил он. — Вдруг он запрещает плеваться или ковырять в носу?

— Сэр Парцифаль тебя обязательно научит, — включился в разговор Арвес, глянув на подошедшего рыцаря круглого стола. — Ну а сейчас надобно мне попрощаться с вами, люди добрые. Пора бы уж и за любимой Рози идти, да разбудить свет очей моих.

Арвес вопросительно взглянул на Раха. Тот утвердительно кивнул, и братья дружно зашагали в сторону леса.

На опушке Рах обернулся и громовым голосом крикнул в сторону избушки на курьих ножках:

— Ведьма, если тронешь посох — убью!

Из домика Балагриссы донеслись сдавленные испуганные причитания.

— Ну что ж, и нам пора возвращаться в Светлозёрское, — улыбнувшись и потрепав сына по голове, сказала Светлана Николаевна.

— Подождите. Я так и не поняла: дудку-то нашли? Мервена разбудили? — обвела всех недоуменным взглядом Василиса.

— Тс-с, — шикнула на царевну Ольга, оглядываясь на избушку Балагриссы.

— Здесь нас никто не видит и не слышит, — с улыбкой успокоила девочку Светлана Николаевна. — Этот камень, как и ведьмина изба, окружены заклятиями морока.

Ольга на мгновение смутилась, но потом звонким голосом ответила царевне:

— Не знаю, что там за дудка, но Мервен снова с нами. Только про это никто не должен знать.

Василиса с Парцифалем, услышав это, радостно переглянулись.

— Отличная новость! Значит дело сделано! — радостно воскликнула царевна. — Ну что теперь? Возвращаемся к порталу?

Все согласно кивнули и неспеша, подстраиваясь под раненного Парцифаля, пошли к лесу.

* * *В Светлозёрском все ходили на цыпочках и с траурными лицами в ожидании дурных вестей. Дворецкий Василий в сильнейшем волнении дежурил в холле первого этажа, постоянно прислушиваясь: не раздастся ли где тот самый характерный шипящий звук открывшегося портала, возвещающий о возвращении графини. А бедняга Фрол всё так и сидел, запертый в чулане.

И когда наконец в кабинете графа раздались весёлые голоса юного наследника и его друга, Василий схватился за сердце, упал на колени посреди холла и облегченно зарыдал. Светлозёрское вмиг наполнилось радостной, чуть ли не праздничной суетой. Бледного, но при этом блаженно улыбающегося, дворецкого положили на кушетку и отпаивали какими-то зельями. Визжащего от ликования Фрола тут же освободили, а на кухне поспешно начали готовить вкуснейший ужин.

Забрызганному кровью Витьке выдали новую, благоухающую утренней свежестью одежду с полотенцами, и он побежал принимать душ. Димка, перепачканный с головы до ног, тоже поднялся к себе в комнату, намереваясь как можно быстрее смыть с себя грязь Тёмного леса. Но на пороге его встретил любопытный Фрол.