Дмитрий Державин и ведьмин глаз
Я волшебник? Серьёзно?! Только не это! Мне всего одиннадцать и я хочу гонять с пацанами на великах, лазить по гаражам и пить "Буратино" по 25 копеек за бутылку. Говорите, мне нужно спасти величайшего мага в истории? А не пошли бы вы!Чёрт! Видимо, всё-таки не отвертеться. Ну раз вы так, то и я пущусь во все тяжкие: Лукоморье, Царевна-лягушка, Баба-Яга, Соловей-разбойник, домовые, водяные, русалки, эльфийки, домашние дэвы, ручные драконы, ковры-самолеты, сапоги-скороходы и даже рыцарь круглого стола встретятся на моем пути. И это лишь малая толика того, на что я решился-таки променять своё счастливое детство.Что вы говорите? И это ещё не всё?! Какая, к лешему, школа волшебников? У вас там совсем крыша поехала?! Меня моя школа вполне устраивает. Нет, ну это издевательство какое-то! Учтите, я буду жаловаться!Что-что? Граф, говорите? Эм-м-м... Ну-у-у, если граф, то я, пожалуй... согласен! Где расписаться?Готово!Ну, раз с формальностями покончено, тогда поехали!
Это была добрейшая женщина, которой уже давно перевалило за двести, впрочем, также, как и её муж, довольно молодо выглядевшая, но, несмотря на это, весьма умудрённая жизнью. После всех испытаний, выпавших в этот день на долю Дмитрия, когда его наконец-то удалось вырвать из цепких лап столичных репортеров, она подошла к нему, крепко обняла и тут же расплакалась, как сущий ребёнок.
А за обедом Дмитрий познакомился со своим дядей, Михаилом Николаевичем Орловым. Это был высокий широкоплечий красавец с горящим взором и чёрными, как смоль, волосами. Нрава он был веселого и довольно легкомысленного. Несмотря, на то, что на него, как на продолжателя рода Орловых, возлагались большие надежды, он не спешил обзаводиться женой и вел, по слухам, довольно разгульную жизнь, чем порой очень огорчал своих родителей.
Дмитрий чувствовал себя в этот вечер немного не в своей тарелке. И не мудрено — столько невероятных событий произошло с ним всего лишь за один день, а теперь ещё и выяснилось, что у него есть целая куча родственников, о которых он совсем ничего не знал до этого момента. Дима с мамой удобно устроились на мягком диване, Софья Петровна села в кресло у небольшого столика и начала, по обыкновению, раскладывать пасьянс, а Николай Александрович с сыном, усевшись за карточный стол, затеяли какую-то увлекательную и азартную игру."
"Тут же завязался непринужденный разговор, который вскоре плавно перетек от общих фраз к чрезвычайно интересующей всех теме.
— Николай Александрович, милый ты мой, просвети уж нас, как там у вас эти все вопросы решаются? — Софья Петровна оторвалась от пасьянса и вопросительно поглядела на мужа. — Ведь получается, что этот негодяй Меркулов всё это и подстроил: с родовым знаком и Тёмным лесом. Ходят слухи, что он совет подмять под себя хочет, чтобы уж всё там по его воле было.
Николай Александрович оторвался от игры и нахмурился: было видно, что эта тема ему неприятна. Но, зная упрямый характер своей супруги, он понимал, что и обойти её стороной никак не получится.
— Граф Меркулов, конечно, в последние годы занял, так скажем, весьма жёсткую позицию в совете. Большинство решений сейчас принимается только после его негласного одобрения. Мы с графом Белинским не всегда с ним согласны и в таких случаях голосуем против, но поделать особо ничего не можем — остальные на его стороне, — развёл руками Николай Александрович. — После исчезновения Андрея Михайловича его место в совете остается свободным, а голос определяется жребием. И как-то подозрительно часто в последнее время этот жребий выпадает в пользу Меркулова.

















