До потери пульса

– Оля, а ты думала, они весь день будут нами заниматься? – Бережковская повернулась к ней, вздохнула и призналась: – Вообще-то я сама именно так и думала, но мне отчетливо дали понять, что у них есть дела поважнее – убийства, изнасилования, кражи на несколько миллионов… А то, что произошло у нас, это так, едва ли не детская шалость.

– А кто именно приехал по вашему вызову? – уточнила я.

– За старшего был Лаптев. – Бережковская полезла в свою сумку и извлекла оттуда клочок бумаги. – Вот, он оставил мне номер своего телефона и сказал, чтобы я позвонила ему где-то через недельку.

– Что?! Через неделю?! Это неслыханно! – возмутилась Корнилова. – Да за это время здесь еще и не такое может произойти!

– Да, неделя на анализ содержимого брызгалки – это сущее безобразие. Ничего, сейчас я кое-кого потороплю. Вы позволите мне позвонить с вашего телефона? – спросила я, потянувшись к городской трубке.

– Да, конечно. – Корнилова подвинула ко мне телефон.

Я набрала номер, который знала на память, и услышала суперофициальное:

– Мельников слушает!

– Здравствуй, Андрюша! Как дела?

– Иванова, ты, что ли? – удивился мой приятель.

– Она самая. Не ожидал?

– Ждал – не ждал, не в том дело. Просто у меня номер незнакомый высветился.

– А это я из Дома быта на Обуховской звоню.

– Ты что, свой мобильник вместе с одеждой в химчистку сдала? – сострил Мельников.

– Очень смешно! Только повод для этого звонка – весьма печальный. Я вот в салон красоты хотела зайти, маникюр сделать, а он закрыт…

– Ну да, оттуда сегодня нам звонок поступил. Там какой-то казус произошел.

– Казус? – горько усмехнулась я.

– Да, мой сотрудник, Лаптев, выезжал по вызову. Он сказал, что произошла нелепая случайность. Парикмахерша перепутала какие-то аэрозоли – и сама же от этого пострадала. Вот такие дела.

– Андрей, неужели ты думаешь, что я стала бы тебя беспокоить из-за какой-то нелепой случайности?

– А что же это, по-твоему, было? – В голосе подполковника так и сквозила насмешка. – Начало химической войны?

– То, что произошло сегодня в салоне красоты «Пальмира», очень похоже на тщательно спланированное преступление, – высказала я свое мнение, и мои клиентки, глядевшие на меня во все глаза, энергично закивали.

– Таня, от тебя ли я это слышу?! Ты теперь занимаешься кознями стервозных парикмахерш? Похоже, у тебя совсем с клиентами плохо. Сочувствую, – продолжал язвить Мельников.

Сначала я хотела высказать ему все, что я о нем думаю, причем в самых жестких выражениях, но воздержалась. Надо было держать марку перед клиентками."

"– Так, Андрей, все это очень серьезно, поэтому надо поскорее исследовать изъятый пульверизатор, как внутри, так и снаружи.

Как ни странно, именно такая тактика сработала.