До потери пульса

Вот какая Машке от этого выгода? – Ольга Николаевна наткнулась на мой скептический взгляд и поняла, что я окончательно и бесповоротно отказалась от старой версии. – Ну, не знаю, возможно, вы и правы, и Кашинцева тут совсем ни при чем. Но тогда кто?

– Скорее всего, за всем этим стоит психически больной человек, маньяк. Я уже начала отрабатывать эту версию.

– Ну и как? Есть какие-то зацепки?

Я подождала, пока мимо нас не пройдут сотрудники Дома быта, и начала издалека:

– Есть. В штате одной из организаций состоит сотрудник с психиатрическим диагнозом в истории болезни.

Конечно, он тщательно это скрывает, но, как говорится, шила в мешке не утаишь.

Боковым зрением я заметила Илью, он вылез из своего серого «Пежо».

– А куда же смотрит его руководитель?! Почему он взял на работу человека, опасного для общества?! Безобразие! – возмутилась Ольга Николаевна. Моего достаточно прозрачного намека на Мазурова она не поняла. – Так, и где же он работает? Кто его начальник?"

"– Давайте поговорим об этом позже. – Я ответила на приветственный жест Кузьмина, остановившегося в двух метрах от нас.

– Почему позже? – Ольга Николаевна заметила фотографа, пожиравшего меня взглядом, и сдалась: – Ну, хорошо, позже так позже.

Вас там кавалер дожидается. Разрешаю вам немного задержаться.

– Спасибо.

– Это твоя начальница, да? – спросил Илья, подойдя ко мне.

– Да, с самого утра меня делами загрузила… Даже не подождала до девяти часов!

– Я уж видел – она тебе что-то говорила, говорила… Чувствуется, что строгая она женщина, – посочувствовал мне Кузьмин.

– Да, контролирует каждый мой шаг! Так что мне пора.

– В обед-то хоть увидимся?

– Даже не знаю… Возможно, мне придется по делам отъехать.

– Жаль. Таня, я все забываю спросить у тебя номер твоего телефона!

– А зачем он тебе?

– Ну, хотя бы для того, чтобы пригласить тебя на чашечку кофе!

– А тебе разве больше некого пригласить? – Я вспомнила, что Кузьмин встречается с фотомоделью, с какой-то Леной. По крайней мере, так утверждала Бережковская. Конечно, устраивать сцену ревности я ему не собиралась, тем более что ревности никакой и в помине не было, но кое-что все-таки имело смысл прояснить. – Слушай, Илья, что тебе от меня надо? Что ты все ко мне липнешь?

– По-моему, я уже все объяснил тебе с самого начала.

Ты мне интересна как модель! Я хочу с тобой поработать.

– Мечтать, конечно, не вредно, но я вынуждена еще раз тебя разочаровать – я не модель, поэтому не буду сниматься ни в каких фотосессиях.

– Очень жаль, потому что мне бы очень хотелось запечатлеть навечно восторг сетчатки моих глаз… – Прозвучало это безграмотно и нелепо-высокомерно.

– Какой высокий слог! Только на меня даже такие высокопарные комплименты не действуют. Знаешь, я, пожалуй, пойду.