Добыча зверя

Только одного не понимаю: какого черта они сидят именно в моем лесу. – Я закинула ружье на плечо и потерла переносицу.

– Степ, ты – женщина! Какие, к чертям собачьим, риски? – Не выдержало лысое животное и принялось орать на меня.

– Сам ты женщина! – Обиделась я. – Бегемот необразованный. Думаешь, что если мужик, то умнее меня?

– Как минимум, опытнее. – Сложил он руки на груди.

– Старее, ты хотел сказать. – Прищурилась в полумраке землянки.

– Что хотел, то и сказал. – Психанул Хомяков и вылез наружу.

Я пожала плечами и тоже вышла из низкого домика.

– Я иду домой. – Сообщила коротко. – И если еще хоть раз скажешь, что я женщина, то из леса будешь выбираться сам. – Предупредила и отправилась в обратную сторону.

Хомяков с чувством выругался, но последовал за мной. Молча. Правда раздражительно сопел и что-то периодически ворчал, но… Когда меня это трогало? Переживет, пережует и выплюнет. А у меня других забот полно.

Дорога до дома заняла чуть больше времени, потому что шла я сейчас, обходя болото с другой стороны. Хомяков старался не отставать, но все время ныл, что я хожу по незнакомым местам, чтобы запутать его. Я на эту манию величия не отвечала. Перебьется.

Когда до дома оставалось метров восемьсот, отзвонился Варфоломеев, который встретил Лиговского в Архаевке. По пути им никто не попался и ничего странного они не заметили. На другой результат я и не надеялась. Сказала, чтобы возвращались за изъятым оружием и прервала звонок.

Рядом с домом меня ожидала занимательная картина: у порога сидел Барсик, который гордо держал в зубах окровавленный кусок ткани. Рядом суетливо бегал Чижик. И кого они тут пожевали?

– Что здесь происходит? – Я подошла к еноту и отобрала у него ткань. Светло-зеленый камуфляж.

– Смотри. – Хомяков, осмотревший местность, нашел прикрепленный к стволу ближайшей елкисосны лист бумаги. В клеточку, как из школьной тетради. На этом листе синей ручкой было написано: «Не лезь».

Глава 12

Интересно, кто ж мне такие интересные записки оставлять решил?

– Сегодня я останусь ночевать у тебя. – Услышала, пока раздумывала над написанным.

– Чего это? – Нахмурившись, я изучала почерк. Странный он, почти детский какой-то. Или просто человек торопился, а потому написал так отрывисто.

– Да того… К тебе ночью придут два вооруженных мужика и прирежут, как кутенка. Ты и рыпнуться не успеешь. – Кажется, что если бы у него были волосы, то он вцепился бы в них пальцами.

– У меня Барсик никого ночью к дому не подпустит. – Меланхолично ответила я.

– Да прибьют твоего Барсика, как пить дать! – Совсем распсиховался он.

– Захотели, давно бы прибили.