Дочь кукушки (СИ)

Быть может, если бы я воспитывалась в королевском дворце, я отнеслась бы к этому по-другому.

Кажется, он угадал направление моих мыслей и укоризненно покачал головой:

– Дитя мое, члены королевской семьи – самые несвободные люди Линарии. Мы не можем позволить себе поступать так, как нам хочется. Я понимаю – тебе непросто сейчас понять это, но со временем ты привыкнешь поступать так, как велит долг.

Он поднялся, и я тоже вскочила. Он подошел ко мне, обнял и поцеловал в лоб.

– Прости, дитя мое, что в такой важный для тебя день я говорю с тобой не о любви, а о долге. Когда ты переедешь во дворец, я постараюсь стать тебе хорошим отцом. А пока попытайся осознать, что ты – принцесса! Ты должна подготовиться к той роли, что тебе предстоит сыграть в истории Линарии. Будь умницей! Завтра я пришлю к тебе церемониймейстера – никто лучше него не знает придворный этикет. Он обучит тебя всему, что необходимо, чтобы блистать на твоем первом балу. А еще – придворных портных. Негоже появляться во дворце в провинциальных нарядах.

Он критически оглядел мое платье, еще совсем недавно казавшееся мне верхом роскоши. Интересно, что он сказал бы о той одежде, в которой я приехала из Аранака?

– А ее величество? – тихонько спросила я. – Когда я смогу познакомиться с нею?

– Твоя мать, Алэйна, – он выделил интонацией слово «мать», – приедет к тебе завтра. Она хотела сегодня приехать сюда со мной, но я посчитал, что нам лучше поговорить наедине. О том, что ты – принцесса, кроме нас знают только герцогиня Аранакская и ее супруг. Слугам в особняке знать об этом пока необязательно. Я пришлю дополнительную охрану. Если тебе что-то понадобится, смело требуй этого – герцогиня выполнит любое твое желание. А сейчас тебе нужно отдохнуть, дитя мое."

"Он вышел из комнаты, а я долго еще стояла у дивана, не решаясь ни сесть обратно, ни удалиться в свою комнату. За всё время нашего разговора я так и не назвала его ни отцом, ни его величеством. Но я уже почти не сомневалась, что это – на самом деле король. Слишком уверенно и независимо он держался. Слишком почтительна была с ним обычно надменная герцогиня.

– Поздравляю тебя, Алэйна! – ее светлость вернулась в гостиную, когда карета хозяина отъехала от крыльца. – Ох, простите, ваше высочество!

Я не могла поверить, что она обращается именно ко мне. Нет, мне и в голову не пришло позлорадствовать или попытаться отыграться на той, которая столько лет не считала меня себе ровней. Как бы она ни относилась ко мне, она тоже сделала для меня немало.

– Я бы хотела поговорить с его светлостью, – попросила я. – И с Вивьен.

– Разумеется, ваше высочество, – она не стала возражать. – Герцог приедет сюда завтра вечером – после того, как вы поговорите с королевой.