Дочь предателя. Баллада Пепла и Льда

А Тайлер — сильный и смелый Тайлер — ничего не мог сделать, чтобы меня в нем удержать.

Мне на волосы упала теплая капля. Прожгла до самого сердца. Не плачь из-за меня, Тай, не надо. У тебя впереди целая жизнь, полная подвигов. Ты еще встретишь свою любовь… Эта девчонка, которая мучила тебя одним своим видом, эта бесячая опасная штучка Дейрон, из-за которой ты не знал ни сна, ни покоя, останется лишь в одном из потаенных уголков твоего сердца. Обещаю, я не сильно тебя побеспокою, я буду приходить на зов лишь тогда, когда ты сам окликнешь меня. Поднимусь из глубин памяти, сяду на колени, обниму за шею и согрею поцелуем, который, надеюсь, подарит утешение.

Вот как сейчас…

Я тихонько отстранилась, приподняла лицо.

— Поцелуешь?..

Губы Тайлера на вкус оказались солеными. Поцелуй с привкусом слез… Горячий и нежный…

Ректор поднял голову от папок, увидел, что я обмякла в руках Тайлера, и вскочил на ноги.

— Бездна и тьма! — выругался он и добавил еще парочку крепких выражений, которые я никак не ожидала услышать из уст руководителя Академии."

"Он все-таки выдернул пробку еще одного флакона бессонника, но так и замер с ним в руках. Выбирать приходилось уже не между моей жизнью и смертью, а между способами умереть — от болезненного сердечного приступа или забывшись в объятиях Тайлера вечным сном.

— Нет… — тихо, но твердо произнес Тайлер. — Ей не должно быть больно…

В коридоре раздался грохот тяжелых подошв, в дверь заколотили и сразу ее распахнули. На пороге, задыхаясь, возник Ярс, оперся о косяк рукой. Это он стоял в дозоре? Ректор знал, кому поручить дежурство: кто еще ринется со скоростью стрелы по переходам и ступеням, с риском сломать себе шею, лишь бы успеть вовремя.

— Князь… — протолкнул он вместе с выдохом. — На тракте…

Тайлер вскочил, с грохотом опрокинув стул, и подхватил меня на руки.

— Обхвати меня за шею, Алейдис! — бросил он уже на бегу. — Держись!

…Я утыкаюсь носом в шею над воротником куртки. Чувствую, как бьется пульс в вене под кожей, вдыхаю аромат горьких трав и едва уловимый — морской соли. Тайлер крепко прижимает меня к себе, и я знаю, что не уронит.

Он бежит по коридорам, размеренно дыша, как во время тренировок. Мой сильный, мой прекрасный командир.

— Не спи! — повторяет он, раз за разом выдергивая меня из сумрака. — Алейдис, не спи! Еще немного! Ты справишься! Ты сможешь! Моя упрямая девочка!

На спуске винтовой лестницы Тайлер спотыкается и со всего маха падает на колено, заглушает стон и снова поднимается на ноги. Первые несколько шагов хромает, но скоро снова наращивает темп, только дышит чаще и глубже.

Мы вылетаем из центрального выхода на внутренний двор, ледяной ветер ударяет в лицо, у меня перехватывает дыхание. Острые снежинки царапают щеки.