Дочь прокурора

Раньше мне было стыдно, я не понимала почему со мной всё это происходит, и винила себя. Думала, что может это я ненормальная и больная, если моё тело так реагирует. Поэтому и признаться ему не могла. Но теперь я знаю, что дело совсем в другом. И больше не позволю Звягину к себе прикасаться!

Я видела, как играли желваки на суровом лице Амира, как сжималась широкая челюсть, поэтому потянулась и начала целовать плотно сжатые губы.

- Отпусти это, пожалуйста, - зашептала, скользя ладонями по твёрдой, как стена груди. Каждая мышца его тела была натянута до предела, говоря о том, насколько он зол и что готов, наверное, на самое худшее, - Ты говорил, что у каждого в жизни есть опыт.

Это мой опыт.

- У тебя не должно быть такого опыта! – Амир снова сжал мою талию и отстранил от себя, смотря так, будто хотел свернуть мне шею.

- У тебя, я думаю, тоже в жизни сложилось много чего не так, как тебе хотелось бы. Но ты прошел через это. И стал сильнее. Мне пришлось тоже прочувствовать то, чего бы мне никогда не хотелось испытывать, но оно уже произошло. И больше не повторится! Прошу тебя, не делай чего-то, что заставит меня быть с тобой нечестной.

Я не хочу бояться тебе о чем-то рассказать только из-за того, что буду опасаться последствий.

Хотя я уже боюсь… Так сильно, что внутри всё дрожит от этого страха и говорить получается с трудом, но я действительно не хочу, чтобы потом пришлось скрывать от Амира еще большее. У меня уже есть отец, с которым я ничем не могу поделиться, я хочу, чтобы с Амиром было иначе.

- Лия, ты должна мне пообещать, - он поднял моё лицо за подбородок и крепко сжал его, удерживая мой взгляд, - если что-то подобное повторится, или хотя бы намёк на подобное, ты мне расскажешь.

Я кивнула.

- Хорошо.

- Ты меня услышала?

- Да! – я снова приподнялась и положила ладони ему на шею, - пожалуйста, давай мы больше не будем об этом. Сегодня слишком хороший день, чтобы его испортить.

Не знаю скольких сил стоило Амиру, чтобы пойти мне на уступки. Думаю, немало, но он наконец надавил мне на затылок и поцеловал. А после взял прямо здесь, на крыше. Развернул меня к себе спиной и заставил забыть об этом ужасном воспоминании.

Ночь мы провели в его постели. Сегодня она разительно отличалась от вчерашней.

Не было спешки, желания утолить поскорее первый голод. Нееет, Амир его утолил на крыше, а ночью брал меня неторопливо, изощрённо, доводя меня до оргазмов снова и снова, как если бы он получал самый настоящий кайф от того, сколько раз я захожусь в экстазе под ним, на нём, как это только не происходило.

Я поняла, что значит – полностью принадлежать этому мужчине. Амир дарил мне столько ласки, что порой у меня создавалось ощущение, что от одних лишь прикосновений можно потерять сознание.