Дочь прокурора

Говорят, что в тюрьме Глебу Степановичу стало плохо и он умер. Своей ли смертью или об этом позаботился Амир – я не интересовалась. Оставила всё, что связывало меня с их семьей в прошлом. Знаю только, что Елена Валерьевна уехала к родителям.

Папа же теперь занимал место Звягина. «Главный прокурор области Игнатов П.С.» гласила табличка на двери его кабинета. Амир больше не мстил ему и в какой-то момент его повысили, вот так просто, без объяснений. Как сказал мой муж, что несмотря ни на что, мой отец подарил ему самый главный подарок в его жизни – меня. Поэтому он тоже окончательно отпустил прошлое.

Постучавшись в дверь и дождавшись громогласного «Входите», я ступила в кабинет.

Оторвавшись от бумаг, безразличный взгляд отца в мгновение озарился.

- Лия, дочка, - он встал с кожаного кресла и быстрым шагом направился ко мне.

Сердце болезненно сжалось. Папа разительно изменился. Лицо осунулось, под глазами темные круги, щеки впали, на скулах щетина. Раньше она каждое утро начинал с того, что гладко брился. От его круглого брюшка не осталось и следа. Без калорийных и вкусных ужинов мамы он сильно потерял в весе.

- Здравствуй, - произнесла я, и проглотила последний слог, потому что оказалась крепко зажатой в отцовских объятиях.

- Здравствуй, хорошая моя, - он оторвал меня от себя и удерживая за плечи, осмотрел внимательно сначала моё лицо, а потом и живот, - поздравляю тебя ещё раз!

- Спасибо, - улыбнулась я.

Больно было смотреть на него такого. Непривычно. Словно передо мной абсолютно другой человек – истощенный, потерянный.

- Как ты?

- Да как? Ничего, работаю, сама знаешь сколько здесь дел.

- Знаю, - ответила я, прекрасно понимая, что «дела», которые ведёт папа, уж точно не могут быть кристально чистыми.

- Ты сама как? Садись. Чаю хочешь? – мягко подтолкнув меня к стулу, засуетился папа.

- Давай.

- Он вкусный, зелёный, как ты любишь. Кофе не предлагаю, тебе нельзя, наверное.

- Можно, если без кофеина.

- Без кофеина у меня нет. Как ты? Амир?

- Нормально. Амир открыл ещё один бар, в столице. Доверил его управляющему. Я вот расту…

- Вижу, тебе идёт.

- Спасибо.

Пока папа заваривал чай, я осмотрелась. Большой, светлый кабинет с огромным дубовым столом подчеркивал нынешний статус отца.

Просканировав картины на стенах, кожаный диван и большой аквариум рядом с окном, мой взгляд наткнулся на фотографию в рамке, стоящую на кофейном столике.

На ней папа, мама, и я. Широко улыбаемся в объектив. Я помню этот день. Это был день моего рождения, восемнадцатилетие. Тогда я еще не знала, как круто всё изменится для меня уже через каких-то несколько месяцев."

"- Держи, дочь. Есть вафли, хочешь?

- Нет, спасибо.