Дочь врага. Мой сладкий грех
— Ты меня использовал? — сглатывает Лиза.— Да, — холодно отвечаю. — А теперь беги от меня.— Вадим, это же неправда? Ты же не мог предать. Ты же настоящий… Скажи правду! — требует она.Больно!Настолько, что спирает дыхание. Глотаю собственную желчь и натягиваю циничную, злую улыбку.Девочка размахивается и обжигает мою щеку пощечиной.— Да, малыш, так правильно. Давай еще, — снова натягиваю улыбку. Но ее руки опускаются. — Все, иди, — снимаю блокировку с двери.Девочка молча выходит.Она дочь моего врага, по логике я должен был ее ненавидеть. Но вышло так, упал ей в ноги…Она мой сладкий грех и моя погибель.Разница в возрасте (герой старше на 19 лет).Невинная героиня.Сложные отношения.Первая и последняя любовь.ХЭ!
Раскрепощаюсь, отжигаю, отдаваясь по полной. Ухожу вниз, замираю в позе на полу, пока девочки дополняют мой танец, обыгрывая его. Дышу рвано, в такт музыке, нахожу глазами Вадима и начинаю двигаться, не отрывая от него взгляд.
Да, смотри на меня. Я лучше всех женщин, которые у тебя были. Я могу быть твоей.
По телу разливается волна жара, оттого что Довлатов смотрит на меня, не отрываясь. И его дыхание тоже сбивается, как и мое. Фрейм ап – не просто танец. Это секс, да. Но это очень красивый и тонкий секс. Без вульгарщины и похабщины. Это заводит. Когда я танцую, я всегда немного возбуждена.
Хочу, чтобы Вадим пришел на наше шоу, где я не в простых шортах и топике. Где на мне боди, черный капрон и агрессивный макияж. Последний штрих моего танца – взмахиваю волосами и тут же на надрыве прижимаюсь грудью и щекой к паркету, а бёдра поднимаю вверх.
Да! Ему понравилось.
Сцена со мной разворачивается, скрывая меня, шоу продолжается, но я успеваю увидеть, как Вадим встает с места и быстро выходит.
Не понравилось?
От досады накатывают слезы.
Поднимаюсь, чтобы быстро уйти в туалет. Мне нужна сигарета.
Тебя даже это не цепляет во мне? Всё настолько безнадежно?
Не верю. Не хочу верить. Я лучше всех. Разве он не видит?
— Лиз, — меня ловит Костик, наш звуковик.
— Ничего, — утираю слезы, пытаясь обойти парня.
— Что-то не получилось? Миленка нарычала?
Милена наш хореограф и постановщик. И она может, да, нарычать за косяки. Но у меня не было косяков.
— Нет, всё нормально. Пыль с пола в глаза попала, — лгу я, обхожу его и скрываюсь в туалете.
Выхожу из студии через час. У нас был еще один прогон и разбор полетов. Шоу состоится через два дня. Мне хочется посмотреть Вадиму в глаза и спросить, что ему не понравилось. Пусть скажет мне в глаза. Но Вадима я на парковке не нахожу.
— Где Довлатов? — интересуюсь я. А хочется поистерить. Сбежал, значит. Не дождался меня.
Трус. И сволочь!
Опять его ненавижу!
— Я за него, — усмехается парень. — Дела у Довлатова срочные. — Ну кто бы сомневался. — Домой? — спрашивает меня Дима.
— Нет, — выхожу из машины. — Жди здесь, — велю ему и иду назад в студию. Я сделаю так, что Вадим сам за мной приедет. Отец, конечно, будет в бешенстве, но мне сейчас плевать.

















