Догнать ревизора, или налог на Золушку (СИ)

Хорош! Как же он хорош! Черные длинные волосы, растрепанные в таком классическом беспорядке, что сразу ясно – это работа не ветра, а дорогого стилиста, диссонирующие с ними светлая кожа и наглые голубые глаза. Яркие, как утреннее небо, прозрачные, оценивающие, раздевающие, обещающие блаженство и… смерть. Кто же ты такой?

За 18 часов до

Повеяло прохладой. Опасность! Анна не отрывала взгляд от незнакомца, пытаясь понять, что ее смущает в его облике… Мужчина заметил, что она его рассматривает, и слегка улыбнулся — собственнически и нагло, будто уже решил, что будет дальше.

И это его решение Анне совершенно не понравилось. Она попыталась отвести взгляд и не смогла…

В животе образовалась воронка, в которую, как в темную дыру, начало засасывать все разумные мысли, оставляя лишь страх и ощущение обреченности. Анна огромным усилием воли устояла на месте, не бросилась прочь на глазах у официантов и посетителей клуба. Нет, с этим надо что-то делать. Она на мгновение прикрыла глаза, привычная стена из красного кирпича встала перед внутренним взглядом, и сразу же отпустило.

Наваждение спало, в легкие хлынул воздух, и Анна поняла, что все это время она задерживала дыхание.

– Золушка!

К ней подбежала невысокая молодая женщина с черными, как смоль волосами и бледным лицом, на котором ярким пятном выделались полные алые губы. Она была одета в темно-синее облегающее платье без рукавов и туфли на таком высоком каблуке, что любая другая ноги бы уже переломала, но Марианна в них могла кросс пробежать.

– Привет, Мара, – улыбнулась Анна жене Васьки.

– Шикарно выглядишь! Что тебя испугало?

– Откуда знаешь?

– Ты бы себя со стороны видела! – фыркнула подруга. – Побледнела, глаза огромные, дыхание поверхностное, пульс учащенный.

– Ага, именно пульс ты и услышала, – фыркнула Анна и скосилась на «мачо».

– И пульс, и работу кровотоков и стук сердца, – серьезно кивнула Мара и посмотрела тоже на незнакомца. – Это Мрак, он инкуб. Держись от него подальше. Увидимся! – она чмокнула Анну в щеку и убежала.

Что Васька, что его жена неисправимые фантазеры, вечно дают людям странные характеристики.

Анна выдохнула. Прошло. Это все потому, что у нее давно не было нормального секса. Работа забирала все время, она даже с друзьями не успевала встречаться. Да и мало было этих друзей. Матвеев ошибся, когда решил, что разведенная двадцатипятилетняя Анна – завсегдатай этого клуба. Она здесь бывает, только когда жизненных сил уже не хватает на эту самую жизнь. Девушка печально улыбнулась. Это был ее допинг. Музыка, друзья, танцы...