Долг оплачен

"

"— Спасибо, — поблагодарила я курицу и села обратно за руль.

Надо же, знают, где сатир паркуется. Я на скорости заехала на парковочное место, над которым висела табличка с номером три. Козырное местечко под крышей. Вышла из машины, закинула рюкзак на плечо и смело пошла ко входу. Меня тут же встретил охранник в чёрном камуфляже.

— Уберите машину с этого места, — грозно сказал он мне.

— Какую?! — испуганно выпучила глаза и стала выглядывать, какую ещё машину нужно переставить.

Мужчина отвлёкся и стал смотреть не на меня, а на мою машину. Одна секунда, мне не впервой от охраны драпать. Я стартанула с места и метнулась к стеклянной двери. Она открылась, и я влетела в здание.

Не ожидала, что у них проходная с турникетами. А у меня кураж. Охрана вздумала меня ловить. Я с разбега перемахнула через турникет, он заверещал, подавая сигнал о нарушении прохода. Не стала пробегать в арку металлоискателя, нырнула в сторону, где толстый дядька пытался меня выловить, но я прыгнула на его стол и приземлилась в зале, распугав офисный планктон.

Звякали створки лифтов, работал эскалатор, по лестницам поднимались люди в строгих одеждах.

Я остановилась и подумала: «Дальше бежать, отдел кадров искать или сдаваться?» Как голкипер накренилась вперёд, глядя на бегущую охрану. Рассмеялась. Поиграем…

— Эмилия! Стойте, стойте! — кричала курица с парковки.

Женщина действительно была похожа на курицу, ничего не поделаешь. Полная, а ножки тонкие в полусапожках на высокой шпильке. Глаза круглые карие и нос, как клювик.

Она достигла меня одновременно с охранниками. Запыхалась, пробежав целых двадцать метров. Чем-то напомнила мне родную маму. Она ухватила меня за руку. На толстом безымянном пальце правой руки сверкало обручальное кольцо, утонувшее в жирках. Наверно, не снимается уже.

— Она со мной, — сказала она озлобленным, напряжённым охранникам. — А вот и Александр Константинович.

Улыбка сползла с моего лица. Я обернулась к турникетам.

Он не проходил через рамки и препятствия, шёл мимо пункта охраны по серой ковровой дорожке. Как всадник апокалипсиса, как назгул, несущий погибель. В чёрном удлинённом пальто, подолы которого при быстрой ходьбе развивались. У пальто был глубокий, широкий капюшон, что редкость для классической верхней мужской одежды. Под пальто были белоснежная рубаха и строгий чёрный пиджак. Санчес скинул на ходу капюшон. Волосы были собраны в хвостик. И все присутствующие дамы загляделись, потому что, мало того, что у сатира была внушительная фигура и выглядел как фантастический ассасин, он ещё и страшно красивый. Необычный, южный, странный, но привлекательный.

Глаза его светлые сразу приметили меня. Он так смотрел, что я его не узнавала.