Дом сестер

Сев перед камином, Барбара без особого желания взяла последнюю пачку листов. Она слишком нервничала, чтобы должным образом сосредоточиться, но в конце концов решила заставить себя. Лучше читать, чем размышлять."

"Барбара сидела в ярко освещенном доме, борясь с беспокойством, и читала дальше — теперь уже не из любопытства, как в начале, а от отчаяния.

Сентябрь 1942 — апрель 1943 года

Когда Фрэнсис первого сентября вернулась в Уэстхилл, она сразу заметила: что-то не так. Дом, двор и сад лежали в полной тишине среди сочной зелени окружавших поместье лугов. Дождь уже перестал, и жара упорно отстаивала свои позиции.

Небо покрывали серые облака, но воздух был теплым, и дул легкий мягкий ветер.

Что-то было не в порядке, но Фрэнсис не могла понять, что именно. В царящей вокруг тишине было что-то давящее, гнетущее. С тех пор как в доме осталось не так много людей, на ферме редко бывало шумно; но на сей раз создавалось впечатление, что все здесь замерло.

Происходящее показалось ей очень знакомым. Это был почти эффект дежавю. Потом Фрэнсис поняла, что именно почувствовала: уже дважды после своего возвращения из Лондона она заставала в Уэстхилле эту странную, зловещую тишину — и всякий раз за ней скрывалась катастрофа.

В первый раз родная сестра увела у нее из-под носа любимого мужчину. Во второй раз Фрэнсис приехала домой в день смерти матери и новорожденной сестры. И сейчас, в третий раз…

Все повторяется трижды, подумала она с какой-то циничной смелостью, которая должна была помочь ей снять стеснение в груди, мешавшее дышать.

Потом в голову пришла мысль, что это может иметь отношение к Марджори. Скажем, там, в лондонском подвале, произошло нечто ужасное, и в Уэстхилл уже позвонили и сообщили об этом.

И теперь все со страхом ждали возвращения Фрэнсис.

«Возьми себя в руки, — одернула она себя. — Только потому, что испытываешь угрызения совести, ты предполагаешь, что произошла катастрофа. Но ты не должна себя упрекать. Марджори не хотела ничего иного. Не могла же ты удерживать ее здесь против воли?»

Фрэнсис припарковала автомобиль, вышла из машины и пошла к дому. И больно ударилась плечом о дверь, потому что та, вопреки ее ожиданию, не открылась. Фрэнсис тихо застонала.

— Черт подери! Кто запер дверь посреди дня?

Правда, была не середина дня, а уже пять часов вечера, но до наступления темноты входную дверь обычно никто не запирал.

Страх Фрэнсис все больше усиливался. Она не обманулась. В ее доме определенно что-то не в порядке.

Она громко постучала в дверь и несколько раз крикнула: «Алло!» Наконец до нее донеслось какое-то шушуканье с той стороны двери.

— Кто там?

— Это я, Фрэнсис! Что, черт подери, случилось?

Дверь открылась, и в проеме показалась голова Аделины.

— Вы одна?

— Конечно.