Доминант 80 лвл. Обнажи свою душу

Мои правила простые. Ты прекрасно чувствуешь мое настроение, я это заметил. Веди себя естественно, если нет прямого приказа. Никогда не спорь со мной при посторонних. Если хочешь что-то обсудить, скажи. Если что-то не понимаешь — спроси. Если тебе страшно, если у тебя проблемы, а меня нет рядом — звони. И не убегай, меня это страшно злит.

— Хорошо, я постараюсь, — пообещала Дина.

— Во время сессии правило одно — беспрекословное подчинение. Но у тебя есть стоп-слово. Шоколад, да?

— Да. А сессия… это что-то особенное?

— Пожалуй, особенное. Скоро узнаешь.

— Сегодня?

— Нет, сладкая.

Сегодня тебя ждет наказание, после которого тебе будет не до сессии.

Взгляд Лео стал прохладным, и Дина поежилась.

— Да, Мастер, — ответила она.

— Вот видишь, у тебя замечательно получается. Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо… Мастер, можно попросить? — Дина встала на колени на диване и сложила руки в умоляющем жесте.

— Можно.

— Пожалуйста, не откладывайте наказание. Я в порядке.

Он посмотрел на нее задумчиво, словно оценивая.

— Ладно. Ждать тяжело, да, сладкая?

— Да, Мастер.

А еще Дина надеялась, что потом они займутся чем-нибудь приятным.

Например, поговорят в этой уютной комнате. Или посмотрят какой-нибудь фильм. Воображение рисовало и более заманчивые способы времяпрепровождения, но это уж как повезет.

— Не здесь. Пойдем в твою комнату.

Внутренности скрутило в тугой узел, хотя Дине казалось, что она готова к неизбежному. Ведь сама попросила, а все равно трусит. Лео снова вел ее за руку, как ребенка, и она ощущала себя ребенком. Нашкодившим ребенком, которого ждет строгое наказание. Страшно и волнительно одновременно.

— На колени, — велел Лео, едва они вошли в комнату.

Дина поспешно опустилась на пол."

"— Я говорил, что ты вела себя, как ребенок, поэтому и наказание будет соответствующим. — Лео взялся за ремень и расстегнул пряжку. — Если тебе снова захочется напиться, запомни, что ждет тебя после этого.

Он вытянул ремень из брюк и намотал его на кулак, оставив свободным кончик без пряжки. Дина сглотнула, успокаивая себя, что ремень не страшнее плети. И все же она помнила слова Лео — любым девайсом можно погладить, а можно и рассечь кожу до крови. Но он же ее пожалеет?

— Обопрись на локти.

Он встал, зажимая ее тело между ног, и Дина всхлипнула.

Лежать на коленях у Лео было не так стыдно. Сейчас ее попка торчала кверху, ноги сжимали, как тиски, а Лео, к тому же, задрал подол платья и сдернул трусы. Если бы он позволил ей сделать это самой, было бы не так стыдно!

Первый же удар обжег так, что Дина взвизгнула от боли. К счастью, Лео не запрещал кричать и плакать, она не выдержала бы. Удары сыпались — быстрые, хлесткие, болючие. Никакого удовольствия, только желание прикрыть попу руками, а еще лучше — убежать и спрятаться.