Домовой

– Да и с кем я могу поделиться тайной на миллиард капусты, кроме своей кровиночки?!

И заметив, как сын торопится прикрыть дверь за своей спиной, снова отодвинула его и вошла в спальню. Ну, конечно! В комнате полумрак, играет томная музыка… На столе початая бутылка вина и два бокала, на одном из которых видны следы губной помады. А на кровати кутается в одеяло голая растрепанная девица.

– Кто бы сомневался! – хмыкнула Мама Фима. Развернула лампу и посветила девушке прямо в лицо, пытаясь ее разглядеть. – Мы знакомы?

– Мама, имей совесть!.. – возмутился Стас, вырвал лампу и повернул ее вниз.

А Мама Фима снисходительно проговорила:

– Конечно, как мы можем быть знакомы? Всех потаскушек, которых я встречаю со Стасиком, я вижу в первый и последний раз.

Стас загородил девицу собой, словно пытаясь ее защитить.

– Мама, не тронь Анжелу, не порть нам жизнь! – прошипел он.

– Жизнь?! – расхохоталась Мама Фима. – Ты что, серьезно решил пожить с этой… С этой Анжелой? – в ее устах имя девушки прозвучало, как нечто нецензурное. – Да ты посмотри на нее! Таких Анжел, как покойная баба Нюра говаривала, на базаре за копейку ведро дают – и то не берут… Ладно, сыночка, мне некогда, я к тебе по важному делу. Так что отодвинь свои шуры-муры, надо поговорить.

Стас оглянулся на девицу в постели и с вызовом произнес:

– Так говори! У меня от Анжелы секретов нет.

– Зато у меня – хоть отбавляй, – хмыкнула Мама Фима, повернулась и пошла прочь из комнаты. Она не сомневалась, что сын последует за ней, – и, разумеется, оказалась права.

В кухне, к сожалению, поговорить было нельзя – она не имела двери, только арку. Так что маме и сыну пришлось уединиться в совмещенном санузле.

– Нет, мама, и не проси! – шипел Стас. – Больше я не буду тебе помогать! Твоя последняя идея чуть не закончилась для меня комой! Шрамы показать?!"

"– Да прекрати ты кудахтать как курица! – злилась Мама Фима. – Ты можешь хоть изредка побыть мужиком? Пойми ты, сейчас совсем не то, что было в прошлые разы.

Она понизила голос и прошептала совсем тихо:

– Маме открылось, сынок… Астрал наградил ее за… за верность делу.

Стас скорчил скептическую гримасу.

– Мам, ты же знаешь, как я отношусь к этому твоему… астралу. Фигня это все, грубо говоря. Клиенткам этим своим, зажравшимся климактерическим теткам, можешь вешать лапшу на уши. А мне…

– Да не лапша это, Стасик! – перебила Мама Фима. – Это силодар! Вспомни, я тебе сколько раз про него рассказывала!

– Это, что ли, то самое волшебное зелье в хрустальных с золотом флаконах? – припомнил Стас.

– Ну! А я тебе о чем?

– И что? Много там этих самых флаконов?

– Да полный сундук! Вот такой! – Мама Фима для наглядности показала руками размеры сундука – по виду и впрямь внушительные.