Домовой

– В детской редко что-то случается…

– Ничего там плохого не случается! – тут же встряла Алинка.

– Тогда, хозяйка, там и посидите с дочкой, – рекомендовал колдун, внимательно изучавший комнату. – Здесь будет неспокойно!..

– Мама, а может, не надо? – не замолкала девочка. – Ну, пожалуйста! Не надо обижать Бора, он хороший…

– Нечисть, деточка, хорошей не бывает! – авторитетно заметил демонолог. Открыв свой саквояж, он принялся выкладывать на стол какие-то пузырьки, связки трав, кадило, разноцветные свечи и так далее. – Она только притворяется такой. Выждет удобный момент – а потом…

– Да уж, что верно, то верно, – покачала головой Вика. – А потом как испортит всю твою работу, на которую столько сил ушло…

– Все равно! Зачем же так? – Алина показала пальцем куда-то в сторону живота демонолога. – Можно же договориться по-человечески!

– Вот дядя и договорится, – заверила ее мама. – Он дипломированный переговорщик.

И повернулась к колдуну:

– Мы уйдем, не будем вам мешать. Позовите, когда все закончится.

– Об этом не беспокойтесь! – заверил тот.

– Ну, это мы еще посмотрим… – хмыкнул со шкафа Бор.

– Ставлю на пузатого! – поддел его я. – Сразу видно – опытный бесогон, матерый! Задаст тебе жару!

– Кто кому чего задаст – это еще вопрос… Это еще бабушка надвое сказала… – пробормотал домовой.

Я увидел у него в руках уже знакомую оправленную в золото хрустальную бутылочку. Кажется, Бор называл серебряную жидкость в ней силодаром. В этот раз домовой не дозировал зелье и одним глотком отхлебнул чуть не половину флакона. И сразу как-то неуловимо изменился. Движения стали резкими и энергичными, глаза загорелись странным блеском, а лицо приобрело какое-то хищно-отчаянное выражение.

– Рыба-карась – игра началась! – с торжеством провозгласил Бор.

Вика одной рукой подхватила свои чертежи, другой обняла Алину за плечи, увела ее в детскую, плотно закрыла стеклянную дверь и задернула шторой.

Колдун поджег пучок какой-то вонючей травы и двинулся по комнате, окуривая ее сизым дымом. Я невольно закашлялся.

– Фу, какой противный запах! Что это за дрянь такая?

– Полынь, – объяснил Бор. – Сам ее терпеть не могу. Но зря он надеется одолеть меня такой фигней!

И он одним прыжком перелетел на другой шкаф.

– Пространство всколыхнулось! – загундел колдун. – Трепещешь, нечисть?!

– И не мечтай! – хмыкнул Бор.

Вынув свою гармошку, он уселся на шкафу поудобнее, свесил ноги, растянул меха и принялся наигрывать «Яблочко». Колдун повернулся на звук, и его лицо вытянулось от изумления – ведь он не мог видеть Бора, так что ему казалось, что гармошка на шкафу играет сама собой. Колдун испуганно закрестился и забормотал что-то себе под нос – то ли заговор, то ли молитву.

– Чует нечистый свою кончину! – провыл он.