Дорога гнева

До Риги в качестве моего заместителя идёт «Лис», только он, помимо Малышева, обладает необходимыми мне в Риге умениями. Просто перед основной работой мне было необходимо обкатать группу «Кима» и построить группу «Рубика», который был у меня теперь не наблюдателем и помощником, а в полном подчинении, без права самостоятельного выхода на связь. Без «Рубика» с его знанием немецкого языка мне сложно даже до места дойти, наиболее профессиональная часть моего отряда говорит только по-английски. Да и продукты на всё возрастающую нашу ораву мне где-то надо было набрать, а то традиционно жрут все, а запасаю я один.

Даже «Погранец» в первую очередь теперь за боеприпасы хватается. В сорок первом я радовался, что мне удалось захапать всего и много, а сейчас мы патроны поштучно считаем. Местных упырей в некоторых местечках можно по пальцам одной руки пересчитать, и те собственной тени боятся. Пошустрил «Погранец», натаскивая «пионеров» прошлой осенью, да и наши рейды этого года полицаев нехило повыбили.

Я, конечно, утрирую, патронов у нас всё же меньше, чем упырей всех мастей, но это пока. Теперь за линией фронта Степаныч, «Мишики» и Малышев. Главное – Степаныч. Валить отсюда надо. Валить как можно дальше, пока этот ухарь «вундервафлю» не применил. И неважно, что её пока нет, Степаныча это не остановит. Он и кустарным способом может такой ужас слепить, что дальше просто некуда.

Ноги надо делать как можно дальше. В другую страну, а можно и на другой континент, и быстрее, пока не началось. То, что мы на болоте выдумали, прилично изменит ход войны, но вот находиться в тылу у немцев становится небезопасно. От Степаныча ни маскировка, ни моя природная наглость не спасёт, он сам наглый до полнейшего беспредела. Подрезал у меня четыре ноутбука со всей информацией и сказал, что ему нужнее. Хорошо, что он не знает, что я специально ему именно эти ноуты подсунул.

Степаныч – единственный человек в этом мире, способный применить всё то, что на них есть, с наибольшей эффективностью. Валить отсюда надо как можно скорее, пока он эти технологии на практике не применил, но я не могу. У меня на районе осталось ещё одно дело. Пока я его не сделаю, отсюда никуда не уйду.

* * *Этот небольшой городок был у нас по пути. В начале июля сорок первого года, в самые первые дни немецкой оккупации, всего за несколько дней латвийские националисты расстреляли в нём более двух тысяч евреев. Гетто в Даугавпилсе тогда создать просто не успели, и немцы и вновь созданная тогда вспомогательная полиция с местными горожанами в качестве добровольных помощников устроили в этом городе жесточайшую зачистку.