Доверься мне
- Уходи, Сергей. Его рука крепче сжимается на моем лице. - Ты смиришься с моим присутствием в твоей жизни. И с тем, что теперь твоя жизнь в моих руках. Полностью. Безоговорочно. - Я скорее умру. - Это не освободит тебя от ответственности за твой длинный острый язычок, девочка. Я всегда буду рядом. Вне зависимости от твоего желания
Ее податливое тело выгнулось от прикосновений, которых она раньше никогда не ощущала – горячая большая мужская рука накрыла ее грудь и сжала, и это прикосновение даже через тонкую ткань сорочки ударила наслаждением. Девушка зажмурилась, не сдерживая стон. Кровать прогнулась под весом мужчины – он, не отрываясь от губ Варвары, потянул за край сорочку вниз, освобождая одну налитую грудь от надоедливой ткани и вновь сжимая ее теплой рукой. Снова стон и вновь девушка выгибается навстречу мужчине. Она почувствовала, как Сергей навалился на нее, пытаясь освободить ее от одежды, но сорочка упрямо не поддавалась.
- Что ты?... – возмутилась девушка, но Сергей не позволил ей говорить дальше, просто закрыв рот поцелуем.
Варвара выставила руки, отталкивая от себя, но едва ли такую стену можно было побороть. Еще несколько мучительных для него минут прошли в слабой борьбе девушке очнуться от этого плена возбуждения, но мужчина даже не собирался останавливаться и трогал ее в местах, после прикосновений которых она дрожала под ним и изнывала от внезапно проснувшегося в ней желания.
- Моя хорошая... послушная... - прошептал он, припадая губами к ее груди и попутно снимая с себя одежду.
- Ай, - вскрикнула девушка от укуса нежной кожи, - больно же...
Страх вперемешку с возбуждением блуждал по ее телу, Сергей заставлял Варвару выгибаться от своих прикосновений к ее груди, к мокрому и влажному цветку, иногда заставляя вырываться девушку от причиненной боли, от укусов, но не отпуская ее.
- Тише... сейчас пройдет, моя сладкая...
Целуя ее в шею, он начал двигаться под ее вытянутые руки и под тихий плач. Да, не сдержался! Не смог двадцативосьмилетний мужик сдержаться при виде обнаженной девушки, которую он желал всей своей сущностью уже много времени! Но он заставил ее всхлипнуть и застонать одновременно.

















