Дракон под прикрытием

Парень посматривал на нее с ласковой снисходительностью и широко улыбался.

– Тетя Женя, я помогать пришел! А это Брусничка. Она тут все знает.

– Вы мои умницы! – умилилась Евгения и на Брусничку посмотрела так же ласково, как на пацана. – У меня тут сковородка была… но куда-то делась.

– Это моя, – шмыгнула носом девчонка и наклонила голову, став еще больше похожа на бодливую козочку.

– Ага… и ты за ней лазила в пещеру?

– Ну и лазила, ну и что… у меня другой сковородки нету! Как мамка с папкой померли, так пришлось почти всю утварь раздать, чтоб запасы были на зиму мне и брату. А эта сломанная была, я сама починила!

– Угу… – Евгения мысленно сняла все претензии к кривой ручке и нечищенному чугуну. Понятное дело, мелкая без родителей с хозяйством справлялась как могла. – Ну, твоя так твоя. А где мне другую раздобыть, ты не знаешь?

– Знаю, – убедившись, что ругаться никто не собирается, Брусничка приободрилась, – на ярмарку надо. Но она только по осени. А пока можно пойти в деревню и сказать бабам, чтоб поделились! Вы же глас дракона, а не просто какая-то… пришлая.

Кажется, малышка не очень-то любила односельчанок. Больно уж злорадно посоветовала их раскулачить. Евгения отложила этот факт в памяти, пообещав себе разобраться позже. А в том, что разбираться придется, она не сомневалась. Им тут жить.

Эти люди, конечно, дикари. Невинных теток в низине ловили и дракону скармливали. Но других-то все равно нету. Придется воспитывать тех, что имеются.

Вот так она и оказалась в боковой долинке – узкой, неудобной и тесной. Изрытой землянками, словно крутой берег ласточкиными гнездами.

За то время, пока шла драконоспасательная операция, люди успели перетащить сюда из опустевшей деревни все, кроме самих домов. Каждой тряпке, каждой щепке нашлось применение. Привели даже овец и коз – в дальнем конце долинки плетнем был огорожен загон, где блеяло небольшое стадо. Очень небольшое.

Мда… впрочем, горцы во всех мирах жили бедно. Мало места для пашни, мало пастбищ. Не с чего жировать."

"– А что вы продаете на ярмарке? – спросила Евгения у Бруснички, глядя, как суетившиеся у землянок люди постепенно бросают свои занятия и осторожно стягиваются к тому месту, где они устроились на большом, теплом от солнца камне.

– Шерсть, – принялась загибать пальцы девчонка. – Сушеный шиповник, его там, за первой грядой, видимо-невидимо. Еще у нас Резеда умеет половики красивые ткать. Ее семья потом всю зиму сытая. Больше ничего. – Девчонка призадумалась, потом вспомнила: – Дядька Гром еще линьку драконью куда-то носил в голодный год. Вот за нее очень много дали! К весне ни один малец не помер с голоду, вот сколько дали!

– …а лопат у нас мало, – раздался где-то за спиной Евгении спокойный голос.