Подари мне любовь

Когда он придет в себя, мы его еще допросим, однако сомневаюсь, что узнаем что-то новое.

– Новое? – переспросила Кристен, подходя к ним вместе с Терджисом.

– Он сказал, что мы никогда не найдем Эрику, хотя она спрятана у нас под носом.

– У нас под носом… Это означает, что Эрика должна быть прямо здесь или там, где мы споткнемся об нее, – ответила Кристен. – Однако я заставила слуг обыскать каждый ящик, повозку, сундук, даже бочонки – все, куда можно спрятать человека. В этих стенах Эрики нет.

– Что она говорит? – спросил Терджис Селига.

Селиг повторил слова Кристен, объяснил, что они собираются сделать, и поклялся себе, что обязательно выучит саксонский, даже если это убьет его. Сестра весело подсмеивалась над его смущением, хотя теперь в беседе не участвовал лишь Ройс, не знавший норвежского.

– Если мы исключим Уиндхерст, значит, нужно обыскать окрестности, – предложила Кристен. – Где находится их лагерь?

– У самого леса.

– Возможно, они нашли там пещеру или туннель.

– Или яму, – добавил Терджис.

Селиг нахмурился.

– Но у вас держали пленных в настоящей темнице, с четырьмя стенами и потолком, – напомнил он.

– Сначала это была просто яма в земле. Есть здесь поблизости что-нибудь подобное? – спросил Терджис.

– По-моему, нет, – ответил Селиг.

– А что, если они сами ее вырыли? – предположила Кристен.

Несколько мгновений Селиг и Терджис смотрели на нее, не веря своим ушам, затем сорвались с места и помчались к коням.

Глава 47

Яму оказалось не так легко найти. Потребовался целый час, пока они смогли перевернуть все тела и обыскать каждый дюйм земли. Поиски постепенно перемещались все ближе к деревьям. Наконец Терджис обнаружил яму и сбросил с крышки дерн. Заглянув внутрь, Селиг увидел лежавшую в глубоком обмороке Эрику. Чтобы вытащить ее, Селигу надо было самому спрыгнуть вниз, но для этого яма была мала.

В конце концов Терджису пришлось держать Селига за ноги, пока тот висел над ямой, а потом вытаскивать обоих, что, к счастью, не доставило ему особых трудностей.

Эрику положили на землю, и мужчины облегченно вздохнули, когда она пришла в себя. Селиг провел кинжалом по веревке, разрезая петли, и поняв, что больше не способен ни на что, с силой прижал ее к себе, дав волю бурлившим чувствам.

– Благодарение богам, ты жива! Тебя не ранили? Если они хоть пальцем тебя тронули, я снова их убью, всех до одного. Ах, милая, я так тебя люблю! Никогда в жизни я не был так перепуган! И если ты еще когда-нибудь вздумаешь отправиться без охраны, клянусь, я мигом надену на тебя цепи!

Сзади раздалось осторожное покашливание Терджиса:

– Она обязательно ответит, как только ты окончательно развяжешь ее и вытащишь кляп.

Селиг рассмеялся, почти пьяный от радости.