Поступь Слейпнира: Поступь Слейпнира. Варвар для особых поручений

Самому Вадиму ещё предстояло выбрать подходящее место для своего изобретения.

* * *Спустя две луны после своего пленения Налунга покорно плелась следом за караваном работорговцев, вспоминая прошедшие дни со смешанными чувствами. Это была убойная смесь из гнева, страха, ненависти и надежды. Она, королева Налунга, полновластная хозяйка города черепов, в один миг превратилась в никчёмную рабыню с клеймом на плече.

Аль-Руффи призвал её в свой шатёр через три дня после клеймения. Гордый нрав в очередной раз доставил ей кучу неприятностей. Понимая, чем закончится этот призыв, Налунга попыталась спрятаться, чтобы пересидеть ночь, но не тут-то было.

Выйдя из шатра, Аль-Руффи несколько раз окликнул девушку и, не услышав ответа, приказал своим воинам обыскать лагерь.

Но вместо воинов Налунгу притащили к его ногам рабыни. Её бывшие служанки. Безжалостно скрутив свою бывшую госпожу, они за волосы приволокли её к шатру вождя и, бросив в пыль, склонились в поклоне. Чуть усмехнувшись, Аль-Руффи выхватил из-за голенища сапога плеть и, шагнув к рабыне, принялся сечь девушку.

Дюжина жгучих ударов, и Налунга больше не помышляла о сопротивлении, мечтая только о том, чтобы порка закончилась.

Убрав плеть, Аль-Руффи поднял её с земли за волосы и, откинув полог, закрывавший вход в шатёр, просто забросил бывшую королеву внутрь. Ночь прошла словно в тумане.

Всё, что с ней случилось за эти дни, выплеснулось в диком, на грани смерти оргазме. Её вопль услышали все жившие в лагере, а вышедшие на охоту хищники ответили дружным рычанием, огласив пустыню на многие переходы вокруг. В эту и все последовавшие за ней ночи Налунга не могла поверить самой себе. Девушке казалось, что её собственное тело предало её, отзываясь на каждый призыв воина сладостной истомой внизу живота.

"

"Даже привычные ко всему служанки поглядывали на свою бывшую госпожу с заметным интересом. Ведь раньше она кричала, только требуя немедленного исполнения приказов, а теперь вдруг стала тихой и улыбчивой. Однажды, проходя мимо чесавших шерсть рабынь, Налунга услышала, как девушки обсуждают её. Встав за шатром, она прислушалась и вынуждена была закусить палец, чтобы не расхохотаться.

Одна из них, ловко хлопая длинным кизиловым прутом по разложенной шерсти, решительно заявила:

– Жаль, что до этой красотки никто раньше не добрался.

Может, и нам тогда жилось бы легче.

– Думаешь, разок мужика попробовала и настоящей женщиной стала? – презрительно фыркнула другая рабыня. – Она же потому и бросалась на всех, словно бешеная, что созрела давно, а своего не получала. Естество не обманешь.

– Вот я и говорю, прибрал бы кто её к рукам пораньше, и нам было бы проще, – ответила первая.

Подхватив свой кувшин, с которым её отправили за водой, Налунга направилась к колодцу.