Поступь Слейпнира: Поступь Слейпнира. Варвар для особых поручений
…1987 год, война в Афганистане. Группа советских спецназовцев получает задание уничтожить одного из полевых командиров противника, но попадает в засаду. Разрыв гранаты уничтожает всех – и друзей, и врагов. Но очень скоро командир группы приходит в себя и неожиданно понимает, что оказался не в своём мире и не в своём времени…
Осторожно подойдя ближе, она чуть коснулась его локтя и, преодолевая дрожь в голосе, тихо спросила:
– Господин, что вы решили?
– О чём? – не понял Вадим."
"– Вы позволите ей колдовать для вас?
– Колдовать?
– Ну да. Она же сказала, что может прозреть будущее, принеся жертву. Так вы позволите ей?
– Пока не знаю, – честно признался Вадим.
– Зачем тебе её колдовство? – не унималась Мгалата. – Что вы хотите узнать?
– Это моё дело, – ответил Вадим несколько резче, чем это было необходимо.
– Простите, господин. Но мы слышали, как воины говорили о каком-то друиде, который сможет ответить на ваши вопросы и помочь найти смысл в вашей жизни.
– А что тебе до этого? – удивился Вадим.
– Попав под её колдовство, господин может потерять душу и восстать против своих друзей. Будьте осторожны. Не верьте ей. Ни на миг. И помните, что она жрица Ваала.
– А разве ты не веришь в Ваала? – с интересом спросил Вадим.
– Нет. Ваал – не мой бог. Я была совсем девчонкой, когда солдаты города черепов схватили меня и привезли для продажи, но её учитель, заметив, что я очень красива, забрал меня из загона и отправил тренироваться.
– Я верю тебе, девочка. Но теперь она не королева. Это просто рабыня, и вам не нужно бояться её. Ведь ты сама видела, даже под угрозой смерти она не колдовала, а плакала и умоляла пощадить, как обычная рабыня.
– Колдовство не бывает быстрым, – вздохнула Мгалата так, словно говорила с недоумком. – В чёрном искусстве главное – жертва.
– Чего ты хочешь от меня? – спросил Вадим, чувствуя, что начинает терять терпение. – Чтобы я продал её или сразу казнил?
– Нет. Я хочу, чтобы вы были осторожны, – тихо ответила девушка.
– Я постараюсь, – улыбнулся Вадим и, развернувшись, побрёл дальше.
Все эти религиозные споры всегда вызывали у него зевоту и оскомину. Хотя в свете последних событий ему пришлось очень серьёзно пересмотреть своё отношение к подобным вещам.

















