Дрожь

Это совсем другая версия событий в сравнении с той, которую я десять лет назад слышала от Кертиса. И в ней Кертис предстает не в самом лучшем свете.

– Знаешь, что он сказал? – Хизер снова бросает взгляд на дверь и продолжает шепотом: – «Когда я ее найду, я ее убью, черт побери».

Глава 26

Десять лет назад

В спортзале пахнет потом и дезодорантом. Сегодня вечером здесь много народа. Я вижу австриячку, с которой Кертис разговаривал у хафпайпа, и направляюсь к свободному тренажеру для жима ногами. Она на соседнем тренажере.

Вероятно, ее спонсором является Roxy, потому что на всей ее одежде их логотип в форме сердечка. Я смотрю, какой вес она выжимает, – сто килограммов. Поэтому ставлю себе сто двадцать. Она улыбается мне, когда я усаживаюсь на тренажер.

Кертис подтягивается напротив нас, его футболка задирается при каждом подтягивании, обнажая живот и показывая, какие у него мышцы. Он прекращает подтягивания и усаживается на пустое кресло рядом с австриячкой.

– Вы знакомы с Джасинтой, Милла?

– Нет, – отвечаю я. – Приятно познакомиться!

– Ты сегодня классно каталась в трубе, – говорит она.

– И ты тоже.

Она гораздо лучший райдер, чем я. Когда я в следующий раз выйду в Интернет, я посмотрю информацию о ней. Я хочу знать, какое место она занимает в рейтинге.

– Мне нравятся твои волосы, – добавляет она.

Кертис сидит рядом, пока мы выполняем жимы ногами. Очевидно, что она ему нравится. И я понимаю почему. Она очень привлекательная внешне – бледная кожа, длинные ноги, напоминает молодую Николь Кидман. Мне очень не хочется это признавать, но она на самом деле кажется милой.

Когда она добавляет еще двадцать килограмм, я вскакиваю со своего места и добавляю еще пятьдесят. Мои четырехглавые мышцы будут очень сильно болеть, потому что я выжимаю вес, в три раза превышающий мой собственный. Пять жимов… шесть… Кертис вопросительно приподнимает бровь. Я думаю, он знает, что я делаю. Семь… восемь… девять… Мои ноги дрожат, но я умудряюсь выполнить десятый жим и делаю перерыв, чтобы вытереть лоб.

Саския делает приседания с медболом в другой части зала и наблюдает за нами в зеркало. Я вижу, что за ней в свою очередь наблюдает Жюльен, который работает на скамье для жима рядом с одним из здоровенных лыжников. Я видела их вместе сегодня днем.

– Я тебя сегодня снимал, – говорит Кертис Джасинте, когда она заканчивает жимы. Он иногда приносит видеокамеру к хафпайпу, и мы по очереди снимаем друг друга. – Сегодня вечером мы будем смотреть записи у меня в квартире. Приходи, если хочешь. А вообще приходи на ужин.

– Класс! – у нее загораются глаза.

Кертис поворачивается ко мне.

– Ты придешь, Милла?

Мне тяжело видеть, как он смотрит на Джасинту таким взглядом. Я не смогу это долго выдержать.