Дрожь

– Правда?

Кертис щелкает выключателем, чтобы показать мне: свет есть.

– Но почему…

– Или им самим оно нужно, или они с нами играют.

Мы переглядываемся. Его сестра любила играть с людьми.

Мне требуется вся моя сила воли, чтобы постоянно не думать о боли в колене. Я стараюсь сосредоточиться на другом.

– Так какой у нас план?

Вот что мне нравится в Кертисе: я знаю, что у него точно есть план.

– Идем искать Дейла, но быстро. Потому что если он провел ночь на улице…

– Все понятно.

– Потом выясняем, можешь ли ты спуститься со склона. Если нет, разделяемся. Двое едут вниз, а двое остаются ждать здесь, пока запустят подъемник.

С этой идеей связана очевидная проблема. Ехать вниз придется Кертису и Бренту, а нам с Хизер придется остаться. Но мы ведь до сих пор не уверены, имеют ли они с Дейлом отношение к организации всего этого.

– Или я могу поехать вниз один, – предлагает Кертис.

– Нет. Ни в коем случае.

По такой местности можно ездить только с напарником, потому что тут подстерегают все виды угроз. Расщелины, лавины, скалы. Снежный покров не сплошной, а кусками, иногда из него торчат острые камни, а если налетит буря, Кертис вообще не сможет видеть дорогу. Плюс ко всему мы не знаем, кто может подстерегать его там. Если он попадает в беду, то об этом никто из нас не узнает.

Я надеваю коленный бандаж поверх спортивных штанов.

– Я смогу спуститься.

– Но по крайней мере, поисками займемся мы с Брентом.

– Нет, я пойду с тобой.

– Хорошо, – кажется, Кертис чувствует облегчение. – Но нам нужно трогаться в путь поскорее, чтобы буря не застала нас на полпути.

Я опускаю свои несчастные ноги в сноубордические ботинки, как можно меньше сгибая больное колено. Стельки внутри влажные и ледяные – вчера вечером ботинки следовало поставить к огню. Но, по крайней мере, из-за холода я не думаю о мозолях. Я закрепляю страховочный пояс и надеваю на лоб очки. Лавинный датчик все еще лежит у меня в кармане куртки.

Кертис уже в коридоре, стучит в дверь Хизер.

– Эй, это мы.

Дверь открывает Брент, его волосы торчат во все стороны, под глазами темные круги.

– Ты хоть сколько-то поспал? – спрашивает Кертис.

Брент корчит гримасу.

– Давай скажем так: если бы у меня был «Смэш», я бы выпил баночку.

– Разве они не разорились несколько лет назад? – спрашиваю я.

– Разорились, – кивает Брент. – Им следовало улучшить вкус.

– Как Хизер? – спрашивает Кертис."

"Брент широко распахивает дверь. Они сделали с матрасами то же самое, что и Кертис – положили их рядом на полу. Хизер лежит, свернувшись калачиком, на ближайшем к двери. Ее лицо залито слезами и его искажает мука, она обнимает себя руками поверх одеяла. Брент положил матрасы таким образом, чтобы он мог ее обнимать? Я тронута, тем не менее не удивлена.